Франческа-Паэла Редально – так, кажется, её полное имя. Родом откуда-то из Чили. Жозе как-то рассказал, что в Академию она попала благодаря старшей сестре, частенько заглядывавшей к местной колдунье. Как-то на одном из сеансов гадания, когда сестры пришли вдвоем, выяснилось - у младшей есть задатки к чародейству. А вскоре последовало и приглашение на учебу в Академию.

– А ну-ка, продемонстрируй нам знания формул! Какие заклинания знаешь наизусть?

Паэла с трудом выдавила из себя пару словосочетаний, да и тех с ошибками, и, сопровождаемая ехидными комментариями, была усажена обратно.

– Кто ещё в состоянии продемонстрировать владение изучаемым предметом?

Поднялась другая рука. Олаф, похоже, решил, что не по-товарищески будет одному отдуваться за всех.

– Так-так-так, ещё один специалист по магии Духа объявился! И о чём-то хочет нам поведать. Ступай вниз, не стесняйся, ты не на судебном разбирательстве.

– Я могу рассказать о телекинезе и телепортации предметов, - невозмутимо начал Олаф, не поведя и бровью на тираду преподавателя.

– Давай. Вываливай, что знаешь. А вы, - Саграно красноречиво погрозил пальцем аудитории, - слушайте внимательно. Замечу - кто-нибудь спит, болтает с соседом или читает непотребную литературу, сразу вон из класса. И наказание соответствующее наложу, чтоб впредь неповадно было.

Олаф обстоятельно, смакуя все подробности (даже если они и не имели прямого отношения к обсуждаемой теме) рассказывал о сути упомянутых явлений, цитируя отдельные главы соответствующего учебника почти дословно, - так, что в конце концов даже Саграно не выдержал.

– Книгу читал, вижу прекрасно. А формулу хоть одну знаешь?

Пришлось бедному шведу перечислять ещё и их.

– А пробовал хоть раз применить их на практике?

– Да, сэр.

Последнее слово, тысячекратно умноженное эхом, бумерангом ударило ему по ушам, оглушив на мгновенье.

– Сколько раз можно говорить: при обращении к преподавателю следует использовать титул, а не какие-то безобразные словечки! Повтори!

– Да, Великий Мастер, - смиренно отозвался Олаф.

Дон Фердинанд-Энрике немного успокоился.

– Так-то лучше. И что конкретно ты пытался провернуть с помощью своих магических сил?

– Передвижение предметов. Правда, без особых успехов.

– А это мы сейчас проверим.

Из кармана плаща волшебник извлек большую серебряную монету – старинную, с профилем какого-то короля на одной стороне и завитушками геральдического символа на другой, и положил её на ближайшую парту.

– Вот. Попробуй, не прикасаясь руками, сдвинуть с места.

– Zeind avdienns butkun fums kevarg, - старательно, но безрезультатно произнес скандинав.

– Не так! Читаешь заклинание, а мысли неизвестно где! Небось разглядываешь симпатичных студенток (Олаф слегка покраснел, в зале послышались смешки). Тебе необходимо полностью сосредоточиться на действии, которое должно выполнить заклятие, если хочешь, конечно, чтобы оно вообще осуществилось! Отключись от всего постороннего, и думай только о цели! Готов повторить попытку?

Ещё раз – результат тот же. Саграно нахмурился.

– Ладно. Я упрощу задачу, поставив монету на ребро. Пусть покатится, или опрокинь её.

Олаф наклонил голову и зажмурился, медленно и с расстановкой произнося слова. Каждое последующее звучало чуть громче предыдущего, и он почти физически почувствовал, как они обретают всё большую силу. Ни преподавателя, ни товарищей не существовало для него в тот момент; лишь монета, выросшая в сознании до размеров громадного, в полтора человеческих роста, валуна, преградившего путь, и чтобы двигаться дальше, нужно любыми усилиями столкнуть его с дороги…

– Так-то лучше!

Открыв глаза, Олаф обнаружил, что монета лежит под партой. Зал зааплодировал.

– Теперь понял, как надо творить волшебство? Вот и действуй дальше в том же духе! А пока свободен.

Пройдясь взад-вперед по кафедре, Великий Мастер пробурчал себе под нос:

– Что-то мы забыли поговорить про иллюзии.

На этот раз его выбор пал на Жанну.

– Вот кто расскажет нам о принципах сотворения иллюзий. Покажите всем, что, кроме выдающихся анатомических подробностей, у ваших мозгов тоже хватает извилин – хотя бы на простейшие формулы.

– Иллюзии, Великий Мастер, - чарующим голосом отвечала француженка, ничуть не смущённая грубоватой манерой общения сурового преподавателя, - есть ирреальные видения, воспроизводящие фрагменты окружающего мира или образы живых существ. Иллюзии бесплотны и, как правило, не могут причинить физический вред; их главная цель – удивить, напугать или сбить с толку. Существуют два принципиально различающихся класса иллюзий. Один из них создается напрямую магией внушения, и видения будут выглядеть так, как того пожелает колдун. Другой в качестве основы использует формулу Обманчивый Взгляд, и попавший под действие чар человек увидит реальность не такой, какой её воспринимают органы чувств, а искаженной – как подскажет воображение, активация которого также является составной частью формулы. Эффект заклинаний второй группы во многом напоминает действие наркотиков – без эйфорической компоненты, разумеется…