— Грачёвка, 561й, на стоянке. Выключение. Спасибо за управление! — поблагодарил я группу руководства полётами.

— Всего доброго, 561.

Не успели мы со штурманом вылезти из кабины, как со всех сторон инженеры налетели с вопросами. Быстрого доклада не получилось. Но это нормальное явление в моей работе.

— Новые дисплей работает хорошо. Бликов нет. Правда на пикировании промаргивал. Секунда-полторы, — объяснил я.

— Исправим, — ответил мне один из инженеров.

Я собирался уже садиться в автобус, как меня остановил один из техников.

— Сергей Сергеевич, тут к вам человек приехал, — сказал он мне.

— Откуда? — спросил я, поворачиваясь назад.

Техник пожал плечами, а я увидел старого знакомого. Он стоял рядом с несколькими автомобилями, припаркованными рядом с большим ангаром. Улыбающийся, в тёмных очках и строгом костюме. Это был Виталий Казанов, с которым мы уже не виделись несколько лет.

— Спасибо. Автобус пускай меня не ждёт, — сказал я и пошёл к Виталику.

Медленно ступая по бетону, я осматривался по сторонам. За эти годы Испытательный Центр во Владимирске не потерял своей мощи.

Бомбардировщики Ту-16, модернизированные и покрашенные, так и занимают стоянку рядом с нашим ангаром. Для транспортных самолётов Ан-12, Ан-26 и Ан-72 выделили отдельный участок на дальней стоянке. Так что здесь их практически не видно.

Истребительный полк теперь летает на МиГ-29, но есть ещё несколько обновлённых МиГ-23 последних модификаций.

Стоянки испытательных служб центра несколько поредели. Можно заметить Су-27е и МиГ-29е, а также их многочисленные модификации. На смену Су-17, пришли Су-24 и Су-34. Есть парочка МиГ-27, но к этим самолётам есть вопросы. Работа не прекращается, пускай уже и нет былой интенсивности.

Подойдя ближе, я смог более детально разглядеть старого друга. Виталик был коротко подстрижен, лицо гладко выбрито. Из особенностей — на правой брови волосы отсутствовали, а левая рука была в перчатке.

— Рад тебя видеть! — поздоровался со мной Казанов и по-дружески обнял меня — Хорошо выглядишь. На висках только седые волосы появились.

— Работа нервная, — ответил я.

— Но шандец какая интересная, верно? — спросил Виталик, и я молча кивнул.

Казанов дал команду охране ждать у машин, а сам предложил мне слегка пройтись по стоянке.

— Как успехи? — спросил Виталик.

— Переменные. Приняли МФИ-1 на вооружение. КБ Сухого уже предлагает его модернизацию и параллельно развивает линейку Су-27. Новые ракеты, четвёртый авианосец выходит в море, Вера ждёт ребёнка, а Вика мечтает стать телеведущей.

— О! Я знаю одну такую журналистку. Может поделиться опытом и взять под крыло в будущем. Она сейчас заместитель руководителя ТАСС…

— Ты смерти моей хочешь?! Вера никогда не позволит Вике работать с Красновой, — посмеялся я. — Хоть Аня и большой профессионал. Она когда её видит по телевизору, переключает канал.

Мы посмеялись с Виталиком, но у меня было твёрдое ощущение, что он тут не просто так. Казанов никогда просто не возникает в моей жизни.

— Ладно, давай к делу, — сказал я.

— К какому? — сделал задумчивое лицо Виталик.

— К делу, по которому ты сюда приехал. И не надо мне говорить, что во Владимирск тебя привели интересы конторы.

— Да я к другу приехал!

Я остановился и посмотрел на Виталика. Тот ещё с минуту поулыбался, переводя всё в шутку, но потом сдался.

— Так и быть. Есть работа, которую я могу доверить выполнить только тебе.

— О! Началось! Ещё скажи, что это во благо Родины.

— Определённо.

Ой, не нравится мне это!

— И что же это за работа? Предлагаешь мне слетать в Вашингтон и спеть «Не валяй дурака, Америка»? Может им ещё Расторгуева привезти?

Виталик улыбнулся, достал сигарету и закурил.

— Вот был бы номер. Но ты угадал — надо кое-куда слетать, кое-кого отвезти и привезти.

В моей жизни уже был опыт, когда я брал на борт человека. После этого он чуть было не разрушил страну. Сейчас товарищ Русов — эмигрировал из страны и выступает с критикой советского правительства.

Он был признан «Человеком года» в журнале «Тайм». Выступал с трибуны штаб-квартиры ООН. Ему даже Нобелевскую премию Мира дали. Ну её в принципе дают всем, кому не лень.

— Я уже одного человека возил. Лучше бы катапультировал над Чёрным морем.

— Да, с товарищем Русовым нашей стране не повезло. Но сейчас мы строим новую страну. Пускай и название осталось прежним.

— В очередной раз.

Видимо, Виталик намекает на то, что после введения чрезвычайного положения, страна вернулась к прежнему курсу. Однако в верхах всё такой же бардак.