Несколько часов назад он хромал на одну ногу, но сейчас выглядит здоровым и свежим. Хромата прошла, а сам генерал улыбался и быстро экипировался. Генеральскую фуражку он протянул Велинковичу, который стоял как вкопанный.

— Генерал, вы уверены в себе? Насколько давно вы летали? — спросил я.

— Где-то неделю назад… будет три месяца, — посмеялся Радич.

Шутки ему всё! Но если Радич действительно опытный пилот, то это лучше, чем пускать не подготовленного Велинковича.

Лейтенант стоял рядом и ждал указаний. Всё его внимание было направлено на бравого Радича, который быстро экипировался и готовился к посадке в самолёт.

— Лейтенант, для вас у меня есть отдельное задание, — сказал Радич и Велинкович вытянулся, готовясь слушать указание главкома ВВС Сербии.

— Слушаю вас.

— Фуражку приберегите. У меня другой нет! — улыбнулся генерал, похлопав Велинковича по плечу. — Ваше время придёт. До встречи, сынок.

Пожалуй, со стороны генерала такой поступок тянет на 10 баллов благородства.

Предович посмотрел на часы и скомандовал разойтись по самолётам. Несколько минут спустя наша группа из пяти МиГ-29 поднялась в ночное небо Сербии.

Ночная посадка в Нише прошла штатно. Нас быстро отбуксировали в ангары и началось долгое ожидание команды на вылет. И это самое тяжёлое в нашей работе.

Место ожидания определили прям рядом с самолётами. Тут же нам был организован и чай, и печеньки. А за досуг отвечал Боян Радич.

В свободной части ангара, прям среди ящиков с запасным имуществом, он организовал небольшой кружок для беседы. Здесь, среди запахов технических жидкостей, керосина и травяного чая, генерал делился воспоминаниями с подчинёнными.

Собрав вокруг себя лётчиков и техников, он рассказывал интересные истории из детства и молодости. Особенно много он посвятил воспоминаниям фронтовых годов. Ребёнком он видел немецкую оккупацию и то, как Белград был освобождён советскими солдатами.

— Никаких званий и должностей. Простой человеческий разговор, — подошёл ко мне со спины Гаврюк.

Лётчики МиГ-21, перелетевшие ранее, тоже находились в готовности. Я стоял чуть в стороне от импровизированного собрания, но прекрасно слышал, как маленькому Радичу удалось однажды организовать диверсию фашистам-хорватам.

— А что тебя удивляет? Сербы такие же, как и мы — славяне. Доброта и душевность у нас в генетическом коде.

— Почему тогда мы забыли нашу веру? — спросил Валера.

Странно это слышать от бывшего коммуниста. В Союзе действительно к религии было не самое хорошее отношение. Тем удивительнее выглядит Югославия. Страна соцлагеря с религией шла рука об руку. Отсюда и приверженность сербов к вере в Бога.

— Никто её не забывал. К ней просто нужно вернуться, и всё будет хорошо. Ты так говоришь, будто бы был всю жизнь верующим человеком?

— Раньше — нет. Но сейчас жалею. В вере моё спасение.

И тут зазвучала сирена! На часах уже раннее утро, но только сейчас поступила команда на вылет.

Генерал медленно поднялся с ящика и отряхнулся.

— А в следующий раз расскажу, как я встретил маршала Тито и чуть его не испачкал. По местам! — громко объявил генерал.

По бетонному полу затопали десятки техников. Самолёты принялись выкатывать из ангара на морозный воздух. Лётный состав быстро поправлял снаряжение и уточнял последние данные по задачам.

На большом столе у стойки с инструментами в ангаре, Синиша Предович разложил карту и указал на районы работ американцев.

— Предположение было верным. Основная часть авиации сосредоточена в районе «каблука» Апеннинского полуострова, — указал он на пролив, соединяющий Ионическое и Адриатическое моря.

— Выполняют дозаправку? — спросил я.

— Да. Пространство контролирует один АВАКС. Высота работы 8700–9300. Удары по территории Косово и Черногории уже нанесли. Масштаб разрушений пока оценить сложно, но били с целью освобождать дорогу пехоте. Вторжение скоро может начаться.

В голове почему-то сразу появились сомнения, что войска из Советского Союза успеют перебросить. Так что разговор с Виталиком несколько часов назад был пророческим.

— Звено 21х под номером один взлетает по команде с Батайницы. У них возможностей больше, — сказал генерал, указав сербскому командиру «весёлых».

Выходит, что у нашей группы забирают одно звено и перенаправляют на другое направление.

— Первыми идут 29е. Следом второе звено 21х. Третье звено вылетает из Слатины в расчётное время. Вопросы? — спросил Радич, но все промолчали. — Работаем!