И с чего вдруг такая резкая смена темы?

Я озадаченно рассматривала затейливую руну на руке женщины. И ничегошеньки не понимала. Постепенно до меня стал доходить смысл услышанного.

Повариха заверила, что знаки появились у всех одаренных. На сто процентов уверена, что никаких «символов» у меня на теле нет. А вот у Кости на шее видела. Да вот только татушка у темного мага была совсем другой.

— Луша, ты, случайно, не знаешь, эти татуировки у вас идентичны или разные? — я напряженно смотрела на женщину.

— У всех одинаковые, — повариха энергично кивнула. Подавшись ко мне, заговорила громким, таинственным шепотом: — Тут же вот что еще было. Как сила-то вернулась, да знаки проявились, все мы слышали один и тот же голос: барона нашего. Тут никакой ошибки нету. Константин Александрович это был, — она многозначительно пошевелила бровями. — Сказал он нам, что теперича будет хранителем тех, кто наделен даром в стране этой. И значится с сегодняшнего дня, тот кто преступит закон чести, неумолимо понесет наказание. А тот, кто действительно нуждается в помощи — ее получит. Во как, — женщина довольно заулыбалась.

Шок — это по-нашему. Символы принадлежности, хранитель одаренных… Зачем все это понадобилось Константину? Чего я не знаю?!

В памяти внезапно всплыла картинка. «Президент» испуганно косится на правую руку, кланяется Россу и говорит: «Повинуюсь, Хранитель».

Что, если это знак не принадлежности, а допустим, подчинения?

— А какой с утра мрачный князь наш, — прервала размышления разговорившаяся Луша. — Не кричит, но такой злой, что аж на глаза ему попадаться не хочется. Я чего вам еду-то в комнату и принесла. Что б поели нормально. Прислуживала нашим за завтраком, так никто почитай ничего и не ел. Кусок в горло не лез. И праздничного обеда скорее всего не выйдет. Вам уж лучше у себя сегодня кушать, чем на князюшку нашего смотреть-то. Как есть аппетит своим видом, да настроением попортит.

Уф-ф. Слов нет, сплошные эмоции.

— Спасибо, Луш, — я откинулась на спинку дивана, закинула ногу за ногу.

— Побегу я. Мясо у меня в маринаде стоит. Если чего вкусненького захотите, так сразу звоните, — она ткнула пальцем в аппарат внутренней связи. — Мигом принесу, — по привычке поклонившись, повариха торопливо удалилась.

Упершись затылком в подголовник, я рассматривала потолок. Причину злости горца даже искать не надо: лежит на поверхности. Али получил жесткий удар по самолюбию. Я отказалась стать его супругой. Дар вернулся, но тут снова возник Росс. Еще и в роли хранителя могущественного клана одаренных.

И что теперь со всем этим делать? Что будет, если Али с Костей встретятся? Точнее: когда. В том, что это произойдет, даже не сомневаюсь.

— Доченька, к тебе можно? — послышался голос мамы.

— Конечно, мамуль, — я искренне улыбнулась родному человеку.

Усевшись со мной рядом, она поправила и без того идеально уложенные локоны. Посмотрев на меня лучащимися от счастья глазами, внезапно звонко сказала:

— Смотри! — и через миг над ее ладонью взвилось пламя.

Понаблюдав за тем, как сноровисто, еще вчера обычная женщина, свернула огонь, а после вновь его зажгла, я шумно выдохнула.

Сегодня определенно день сюрпризов. У мамы не только проснулся дар. Но она его еще и контролирует.

— Елисей научил, — пояснила мама, в очередной раз сноровисто погасив языки пламени. — Оленька, это так, так волшебно. Я теперь владею магией, — взрослая женщина светилась от счастья и, казалось, вновь стала юной.

Никогда бы не подумала, что обладание силой приносит столько радости. Мне дар доставлял лишь одни проблемы. Похоже, я что-то упустила.

— Знаешь, поначалу мне было сложно. Магия, другой мир, беженцы из альтернативной реальности… На самом деле это трудно принять. Елисей все объяснял на физических законах. Я и верила, и нет. Но после того, как почувствовала в себе силу, все словно встало на свои места. Я изменилась, мой мир стал иным, — мама восторженно блеснула глазами. — Краски стали ярче, воздух вкусным. Мне хочется жить, любить, — она внезапно запнулась, покраснела, как маков цвет.

Так, меня ждет очередной сюрприз? Похоже, знаю какой.

Я лукаво прищурилась. Поправив несуществующие складки на подоле платья, мама смущенно кашлянула. И наконец-то призналась:

— Мне Елисей сегодня сделал предложение. Доченька, я выхожу замуж, — в ее взоре плескалась убойная смесь из волнения, ликования и…вины.

— Очень за вас рада. Елисей Авдеевич мне нравится. Искренне желаю вам счастья, — я нежно поцеловала в щеку, пунцовую от смущения женщину.

Глубоко вздохнув, она осветила меня улыбкой. Посидев немножко в тишине, вдруг сообщила:

— Все в особняке знают, как Али к тебе относится. Человек он хороший. Обходительный такой, умный, красивый. Я надеялась, что у вас что-то получится. Хотела помочь. Сблизить как-то, что б ты лучше его узнала.

— Мама, не надо, — в моем тоне отчетливо прозвучало предостережение.

— Нет, нет, — она даже помахала ладонями от волнения. — Елизар категорически запретил вмешиваться в твою личную жизнь. Сказал, что ты взрослая девочка и сама во всем разберешься.

— В очередной раз убеждаюсь, что ты выбрала в спутники жизни чудесного мужчину, — я приобняла за плечи «заботливую родственницу» и озорно ей подмигнула.