— К чему такие сложности, — маг изобразил удивление. — Не возникало желания просто отдать блокиратор?

— Я не могу его снять! — с ненавистью заорал мужчина и рванул на груди рубашку — Забери эту дрянь, Росс! Христа ради, забери!

Ведомая непонятным чутьем, я отдернула руку: мой подопечный застыл статуей. Потирая запястье, слезла с кресла, настойчиво посмотрела на Росса.

— Условия формально соблюдены. Правильно поступила, — рассеянно похвалил маг, рассматривая грудь «главы страны». Под интенсивно светящейся тканью майки четко просматривался круглый кулон.

— Что дальше, Кость?

* * *

* Черновая авторская вычитка.

Дорогие читатели, очень вас прошу воздержаться от спойлеров. Душа кровью обливается, когда приходится удалять ваши сообщения (

Глава 36

Костя молчал. Тягучая, как сироп тишина разливалась по комнате.

Почему он не отвечает?!

Отвратительное предчувствие холодком пробежало по спине. Разум метался в поисках ответа, но вновь и вновь упирался в пугающую очевидность.

Неужто ничего нельзя сделать?

Во рту стало сухо. Ощущая противную дрожь в желудке, принялась рассматривать маникюр.

— Тебя Гоев отговаривал идти со мной? — вдруг раздался голос Константина. Он не спрашивал, утверждал.

— Да, — оставив в покое руки, я решительно посмотрела на любимого, холодно спросила: — К чему сейчас этот вопрос?

— Почему ты пошла? — в его тоне сквозила непонятная настойчивость.

Почему?! Потому что люблю тебя! Какого дьявола, мне душу наизнанку выворачиваешь? Зачем, ну зачем сейчас этот разговор?!

Собрав всю волю в кулак, ровным тоном сообщила:

— Я доверяю тебе. Разве это не очевидно?

Неожиданно Росс шагнул ко мне, встал близко-близко. От его запаха мурашки побежали по телу, сердце заколотилось как сумасшедшее. Испытывая нестерпимое желание прижаться к Константину, я воткнула ногти в ладонь, отвела взгляд.

Боже, лучше б опять током било. Это просто невыносимо.

— Малышка, я не идеальный мужчина, — внезапно произнес барон. — У меня тяжелый характер, я упрям, ревнив, храплю по ночам, да и в целом куча недостатков, — он замолчал.

Озадаченная непонятным заявлением, вопросительно посмотрела на возлюбленного. И застыла, не в силах поверить тому, что увидела в его глазах.

Я случайно не спятила?

Не отводя красноречивого взора, он вновь заговорил:

— Не стану обещать, что жить со мной будет легко. Но постараюсь сделать все, чтобы ты была со мной счастлива. Я очень тебя люблю.

Напрочь растеряв дар речи, стояла как истукан. В голове мелькали обрывки неоформленных мыслей. Безумно хотела поверить, что это не сон, но…боялась.

— Знаю, что виноват, — Константин виновато улыбнулся. С упоительной нежностью он провел тыльной стороной ладони по щеке, искренне попросил: — Прости меня, маленькая. Думал, тебе так будет легче. Не хотел портить жизнь любимой женщине, но, оказывается, только этим и занимался. Прости, родная, — шепнул и крепко-крепко обнял.

То ли от нехватки воздуха, то ли от счастья дыхание перехватило. Буквально каждой клеточкой тела чувствовала: он не лжет. Рвано вздохнула.

Послала же судьба неидеального мужчину с тяжелым характером. Горазд нервы мотать. Этого у Росса не отнять. И чует сердце, не под порывом эмоций Костя выбрал момент для признания. Похоже,прямо сейчас мы с ним отправимся в геенну огненную.

Понимающе усмехнувшись, я отстранилась.

А он с непонятной пока настойчивостью попросил:

— Верь мне, родная. Пожалуйста, верь.

Память тотчас услужливо подкинула воспоминание о той, юной, белокурой красавице. Ревность острым коготком царапнула душу.

Мд-а уж. Видимо, все ж таки придется прояснить этот момент. Разумеется, не сейчас: потом. Если выживем.

— Пойдем, — я решительно взяла Константина за руку, подвела к неподвижному, интенсивно светящемуся «президенту». Остановившись от «Елисеева» в полуметре, негромко, но твердо сказала: — Я хочу знать, как ты собрался достать блокиратор.

Бесконечно дорогой мне мужчина с невозмутимым видом ответил:

— Руками. Я все сделаю сам. Но без силы двойной звезды второй круг пробить невозможно. Мне понадобится полный доступ к твоим энергетическим каналам. Остановить такой процесс заимствования энергии ты не сможешь, — он помолчал, давая время на осмысление, а после добавил: — Возможны неприятные ощущения. Но их я постараюсь снизить до минимума.

Теперь понятно, почему Росс так упорно просил ему верить. Я стану для опытного темного мага банальной «батарейкой». Выберет силу до капли, мир останется цел, но меня не будет — умру. Что тут сказать? Перспектива не радужная.