Выжившие сбились в одну кучу и уже просто сидели, устало глядя в ночь. Только трое раненых стонали, но уже так, по привычке, а не остро. Даже тот мужчина, что попытался сам раздавить муравья, но насекомыш оказался не промах и одним движением челюстей откусил мужику ступню. Поначалу-то он орал, матюкался и плевался во все стороны, даже требовал, чтоб кто-нибудь вернул откушенную ступню, что утащили муравьи, но потом затих. Может, просто из-за кровопотери, а не из-за того, что устал кричать. Но затих.

Казалось, что пока ещё не всё потеряно, но это ощущение было обманчивым. Оба парня уже тратили последние силы, отбиваясь от кислотной смерти, а помощи было ждать не от кого, никто же не знал, в какой переплёт они попали! Когда они оба выбьются из сил, а это настанет уже скоро, то всю их группу съедят!

Но самым неприятным было странное чувство опасности, что шло с того места, где остался автобус. Его ощущали оба парня, сначала списывали это гнетущее ощущение на опасность вокруг них, но постепенно стало понятно, что опасность исходит не от кусающейся и плюющейся мелочи. Что-то страшное и жуткое было ещё далеко, но с каждой минутой приближалось!

– Чё думаешь? – Лёха тяжело дышал и оглядывался в темноту.

– Думаю, как бы не обосраться. Не знаю, что там такое, но я с этим встречаться не хочу. – Миша утёр пот, радуясь нескольким секундам отдыха.

– Тогда валим? – полуутвердительно спросил Алексей.

– Но ведь… - Миша оглянулся на выживших. – Они же не смогут бежать.

– Тогда бросить! И не надо морду корчить, если мы все умрём – кому будет легче от этого?! Мне тоже это не нравится, но бессмысленно умирать я не хочу!

– Ладно, ладно! Но возьмём же кого-то с собой! Хотя бы по одному! Сможешь нести?

– Ну, наверное… А кого возьмём?

– Девчонку, она пробудившаяся, неси её. А я того пацана возьму, которого покусали.

Мише было неприятно, но он выбрал двух самых молодых. Девочке было вообще лет четырнадцать на вид, она ехала с отцом и выбежала из автобуса с ним же. А парню лет двадцать на вид, весь в крови от укусов и плевков, он был один. Конечно, можно было взять любых других, но эти другие были тяжелее, а ещё старше. У парня с девушкой, уговаривал себя Миша, вся жизнь ещё впереди, их и спасать.

– Тогда… - Лёха поморщился, оглянулся на людей. – Хватаем и бежим. Не слушаем ничего и не оборачиваемся!

– Хорошо. Пошли!

Растоптав парочку муравьёв, что подползли ближе всего, Миша подошел к кучке людей, схватил раненного парня и закинул себе на спину. Лёха рядом схватил девчонку и перекинул через плечо. Люди смотрели на них с недоумением, но сразу всё поняли, когда оба парня развернулись и побежали по дороге в сторону школы.

– Стойте! Ублюдки, вы бросаете нас?! Вернитесь! Будьте вы прокляты! – понеслись им в спину крики.

– Нет, папа, верните меня к папе! – вопила девчонка на руках у Лёхи, била того кулачками по спине и дёргала ногами.

– Да заткнись ты! Аааааа, бляяяя! – заорал парень, когда девчонка укусила его. – Сука!

Сзади раздались жуткие вопли людей, до которых добрались муравьи. Хоть они затихли через считанные секунды, но обоим парням казалось, что они длились вечность! Но они не оглядывались, бежали, топча и распинывая муравьёв, потому что ужас дышал им в спину, ужас неизвестный, а потому намного более страшный, чем известный.

– Паааапаааа! – девчонка рыдала, глядя назад.

Её отец был, пожалуй, единственным, кто более-менее сохранял спокойствие. Сначала, когда у него вырвали из рук дочь, он вскочил и стал протестовать, но потом понял, что она останется в живых, и будто успокоился. Конечно, он не хотел умирать, но и не страшился теперь этого так, как раньше, зная, что его девочка будет жить.

Парни бежали изо всех сил, убегая от ужаса. Ки закончилось уже у обоих, Лёха оставил себе немного только на то, чтоб поддерживать физическую силу. Миша же из-за своей телесной культивации был сильнее и выносливее, да и тело у него было крепче. Муравьи то и дело кусали обоих за ноги, уже скоро штаны Миши тоже превратились в разорванные полосы кожи, но кожу только едва-едва прокусывали. Да и кислотные плевки шипели на коже парня, та краснела, но не облазила слоями, как у того же Лёхи.

Так они пронеслись километров тридцать, давно вырвавшись из муравьиного роя, но не останавливались. Остановятся – их нагонят, а этого допустить нельзя. Наконец, на дороге показался свет фар, ехала какая-то легковушка с зевающим водителем за рулём.

– Стой-стой-стой! – Миша выскочил перед машиной и замахал руками.

– Ты чё делаешь, идиот?! – ругнулся водитель, высунувшись в окно.

– Разворачивайся! – парни сразу же метнулись в машину, забросили туда девчонку с парнем, сами загрузились, Лёха сзади, Миша спереди.