Я просто делаю, что должен. Это не моя вина. Это его вина. Батора.

Когда он вошёл в дом, Диана была одна. Она сидела с книгой в руках, но, увидев его, удивлённо подняла брови:

— Ашар? Что ты здесь делаешь?

Он смотрел на неё, на её спокойные глаза, и ему хотелось развернуться и уйти к чёртовой матери. Но вместо этого он выдавил:

— Диана... Тамир в дерьме. Ты должна помочь мне.

Она сразу напряглась.

— Что случилось?

— Я знаю место, где можно найти компромат на Батора. Если мы достанем это, мы сможем его остановить. Тамир, его братья — все будут в безопасности.

Она закусила губу, её лицо застыло. Он видел, как внутри неё боролись страх и желание помочь.

— Я... ладно. Что мне делать?

Прости меня, прости.

Они приехали на пустынное место — старый склад на окраине города. Ашар вышел из машины, помог ей выйти. Наивная девчонка, готовая ради Тамира на что угодно. И он этим воспользовался…Считает Ашара другом – а он шакал предатель. Но своя шкура ближе к телу.

— Здесь? — спросила она, озираясь.

Но прежде чем он смог ответить, из темноты появились люди Батора. Один из них схватил её за руки, другой набросил мешок на голову.

Диана закричала: — Ашар! Что ты делаешь?!

Её голос, полный страха и боли, разрезал его изнутри. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Это не моя вина, Диана, — прошептал он.

Он не смотрел ей в глаза. Не мог. Он просто стоял, пока её увозили, а внутри него всё горело, рушилось.

Когда они уехали, он остался один. Ночь была холодной, но он не чувствовал ничего. Его руки дрожали, как у наркомана.

— Прости, прости, — повторял он себе под нос, но это не помогало.

Он знал, что сделал. Знал, что этого не исправить. И знал, что теперь его жизнь уже не принадлежит ему.

Теперь это конец.

Я толкнул дверь. Она открылась слишком легко. Слишком. Первый сигнал тревоги.

Дом встретил меня тишиной. Не той уютной, когда слышишь шорох страниц книги или тихий стук посуды. Нет, это была глухая, мёртвая тишина. Та, от которой по спине пробегает холод.

— Диана? — позвал я.

Ноль. Ни шороха. И паника медленно тянется вдоль позвоночника. Начинает ломать предчувствием. Я его гоню на хер прочь…Но меня накрывает все равно. Гребаная тревожность на все что связано с ней. Так мать боится за своего единственного ребенка.

Я прошёл в гостиную. На столе лежала её книга. Нераскрытая, с загнутым уголком страницы.

— Где ты, мать твою? — прошептал я сквозь зубы.

Я набрал её номер, но гудки остались без ответа. Телефон загудел на столе, прокатываясь по деревянной поверхности.

Холод сдавил грудь. Чувство… неправильности.

Телефон в кармане завибрировал. Я вытащил его, посмотрел на экран. Номер знакомый. Один из моих людей.

— Чего? — рявкнул я, срываясь на крик.

— Тамир… я не уверен, но, кажется, она уехала с Ашаром.

Пауза.

— Что? — Я замер.

— Диана… Она с Ашаром. Они уехали из города. Сначала мне показалось это странным, но я подумал, что лучше сообщить тебе.

Кровь ударила в голову. Я не сразу понял, что ещё держу телефон у уха. Рука сжалась до боли, пока не услышал собственный голос:

— Когда? Куда?

— Несколько часов назад. Направление я знаю, могу скинуть координаты.

— Немедленно, — выдохнул я.

Секунда. Две. И вот сообщение прилетело. Координаты, которых я ещё не знал, и которые, мать их, явно не обещали ничего хорошего.

Я не чувствовал ног, пока бежал к машине. Всё внутри горело. Вены — раскалённый металл. Зубы скрипели так, что казалось, сейчас треснут.

— Ашар… Ты, сука, мразь, — прорычал я, вжимая педаль газа в пол.

***

Я действовал сразу. Я никогда и ничего не ждал, не просчитывал. Я пер как танк.

Отследить местоположение не составило труда. Мы там проворачивали сделки. Иногда встречались, когда обсуждали совместное дело. Там была небольшая обустроенная комната. Иногда мы там кантовались после дела. Ждали, когда все утихнет.

Убежище. Захолустное дерьмо. Заброшенный склад с парой машин у входа. Вокруг пусто. Как будто весь мир решил отвернуться от этой чёртовой дыры.