— Тогда… — задумчиво протянула она. — Может, вы просто придете еще раз?

— И кто заплатит мне за внеплановое занятие? — рассмеялся Алексей, вогнав Элю в краску. Он предложил рассказать, чем она не угодила преподавателю.

Эля помялась немного, вспоминать не хотелось, что сказал ей Слепченко:

— В конце прошлого года мы решали контрольную. И я… списала. Подружке он поставил четыре, а мне тройку с минусом и подписал, что следующего раза не будет.

Алексей хмыкнул. Он подпер щеку правым кулаком, глядя на Элю.

— И все? Он просто узнал, что ты списала?

Эля закусила щеку изнутри. Некоторое время она думала над тем, выдать ли все.

— Он потом подошел в холле и сказал, что дает мне шанс перевестись. Иначе он меня завалит на следующем экзамене, и тогда мне останется только заняться улучшением демографической ситуации в стране.

Алексей широко улыбнулся, потерев подбородок.

— Ясно. Считает, что ты не тянешь. Плохо дело — он сдержит слово.

От изумления и досады Эля сделала шумный вдох.

— Мама меня точно убьет. — Она подняла глаза на Алексея, а он понимающе кивнул в ответ.

— Мама отправила тебя на экономический? Пойми, дальше будет сложнее. Начнется аналитика, там в рамках теста решать не сможешь, придется думать головой. Надо было или другую специальность выбирать, или университет попроще. Стоит поговорить с твоей мамой.

— Да она меня убьет!

— Трижды не получится.

Сопя носом, Эля сердито уставилась в окно. Алексей пальцами забарабанил по столу.

— Зачем твоей маме финансист-аналитик, стесняюсь спросить. Она ведь просто одежду продает. Да и у отца, наверное, бухгалтера не дураки.

Эля округлила глаза.

— Вы такой странный. Это похоже на троллинг.

— На самом деле я согласился заниматься с тобой, потому что Матвей пообещал прогулку на яхте. А теперь придется отказаться… Не думал, что все так плохо. Я все-таки преподавать люблю, а не дрессировать и натаскивать.

— Вы мне не поможете? — изумилась Эля. — Мало ли, что думает Слепченко! Мне просто надо подсобраться! Туго соображаю в последнее время.

— Чтобы мозги работали, достаточно высыпаться и меньше сидеть в гаджетах, — ответил Алексей. — Но укладывать тебя по вечерам я не смогу.

Эля покосилась на включенный ноутбук, где на паузе стоял сериал. Поджав губы, она уставилась на Алексея.

— Дайте мне план занятий, как у Слепченко. Вы ведь те же предметы ведете. Я решу наперед и дело с концом, — выдала она.

— Во-о-от. Наконец-то… А-то твоя мама и так и этак намекала, надеялась, я сам предложу. Только я тоже принципиальный.

Эля от стыда спрятала глаза. Алексей же, подумав, спросил, сколько ей лет.

— Восемнадцать.

— Вот прикинь, ты выпустишься через три года, помыкаешься на работе, и пойдешь на заочку туда, где понимаешь, что надо делать. И вот тебе двадцать семь уже. Но о карьере думать поздновато, замуж пора выходить, детей заводить. Правильно тебе Слепченко сказал — переводись сейчас. Время — бесценный ресурс.

Эля отвернулась и уставилась в тетрадь. Живот болел, ее тошнило.

3

В беседке для курения через струю дыма Карина разглядывала здоровенный белый «Хавал». Сигарета истлела до конца и, она отправила бычок в урну. Через две сигареты Карина наконец дождалась Матвея.

Он вышел из здания фирмы и размашистым шагом подошел к автомобилю, и тогда она выскочила ему навстречу. Заметив ее, он обеспокоенно заозирался.

— Ты что здесь?

— До тебя не дозвониться. А я соскучилась. — Она полезла с объятиями.

— Не здесь же в самом деле. Садись.

— Что ты все бурчишь на меня?

— Садись!

Салон нагрелся, и автомобильная «вонючка» до тошноты затопила его запахом цитруса. Карина приоткрыла окно.

— А почему ты не сказал, что в думу баллотируешься?

— А что?

— Значит, Питер отменяется? Ты же хотел там бизнес развивать.

— И без меня хватает.

Они уставились друг на друга. Карина ощутила смутный укол страха. Очевидно же, что обещание развестись и уехать, начать заново в северной столице — ложь. Хотя, это же Матвей. Мягкотелый и нерешительный. А, может, он думает потом в питерскую думу податься?

— Ладно, — сказала Карина мягко. По крайней мере постаралась. — Когда встретимся?

— Да теперь не знаю даже. После выборов.