— Я что-то непонятно сказал?

Бандиты переглянулись.

— У вас остается шесть минут, после чего мои люди сравняют здесь всё с землей. Причём вы умрёте в первую очередь! — подтвержая слова делом, я энергетически надавил на своих оппонентов.

— Нам нужны гарантии. — Кое-как выпрямившись, упрямо повторил байкер.

— Моего слова недостаточно? Или ты забыл с кем разговариваешь? — «В конце концов», — подумалось мне, — «князь я или не князь?»

— Ну? — уже не сдерживаясь надавил я, и это возымело успех.

— Не забыл. Хорошо, мы согласны. — Сдался байкер.

— Замечательно. Тогда собирай свой сброд и проваливай на все четыре стороны. Если ещё раз встречу в этом городе, пощады не жди, её не будет.

— Понял.

— На сборы вам десять минут, не уложитесь, снова вернёмся к первому пункту.

Затягивать с разговорами парламентеры не стали, а не прощаясь, ломанулись обратно на стадион. Я же постоял еще пару минут прежде чем подняться в кабину.

— Так ты их действительно отпустишь? — встретил меня Виктор. Он, несмотря на все свои супер способности, по факту оставался ещё ребёнком, и этот ребенок требовал справедливости.

— Нет, не отпущу. — Успокоил его я.

— Но как же? — опешил он, — ты же слово дал?

— Ну и что?

— Как это что?

Тысячелетиями вбиваемое в головы простых смертных поклонение перед избранными давало о себе знать, но если в случае с поверившими мне бандитами это было хорошо, то с союзниками надо было что-то делать.

— Не думай об этом. Это не люди. Животные. А слово данное собаке… Сам понимаешь. — Как мог объяснил я. Виктор нахмурился, но спорить не стал. Не по годам взрослый, он если и не оценил такой поступок, осуждать не спешил. Молодость штука такая, мир видится в чёрно-белом, но с годами начинаешь понимать что такого контраста нет, а вокруг лишь бесконечно серое. — Друг не всегда друг, враг не всегда враг, брат бывает не брат, а жена не жена. Всё относительно. Ложь во благо, жизнь вопреки и тому подобное.

— Главный зачистке! Готовность десять минут! Прием. — Переключившись на канал заградительной группы, скомандовал я.

— Принял. Прием. — Коротко отозвались на той стороне.

Заградотряд состоял из пары лёгких роботов, десятка пикапов с крупнокалиберными пулемётами, и отделения разведки. Задача простая, отследить куда направятся бандиты и захватить. Во-первых, мир станет чище, во-вторых, пусть суд решает что с ними делать.

Собирались они не долго, и уже через пять минут погрузившись на имеющийся транспорт, направились к шлагбауму. Пара автобусов, десяток автомашин и несколько мотоциклов. На наличие оружия проверять не стал, всё равно оно им не поможет.

— Ты был прав. — Сказал Виктор, когда проводив бандитов, мы зашли на территорию стадиона и увидели что там творилось. — Только не собаки они. Собаки хорошие. Нелюди, так будет правильней.

Насколько у меня стабильно с психикой, но даже мне стало не по себе. Истерзанные тела были повсюду, эти, как сказал мою юный друг — нелюди, настолько были уверены в своей безнаказанности, что даже не пытались спрятать тела своих жертв. Не знаю что за уроды здесь собрались, но им мало было простого насилия, некоторые тела были настолько изувечены, что непонятно было кто это, мужчина или женщина.

Радовало только то что и живые в этом лагере смерти ещё оставались. Немного, десятка два молодых женщин — видимо тех что приберегли для дальнейшех развлечений, да связанный по рукам и ногам мужик.

Пока эвакуационная группа занималась выжившими, ко мне подошел её командир, один из тех что примкнули к нашему воинству совсем недавно.

— Вы заходили в то здание? — показал он рукой на стоящий в отдалении небольшой домик с покатой крышей.

— Нет. Что там?

— Дети. — Не «поднимая» глаз, ответил командир, помолчал немного, и добавил, — точнее то что от них осталось.

Смотреть на такие вещи мне не хотелось, но и отказаться я не мог.

— Веди. — Кивнул я, и двинулся следом. Виктор пошёл за мной.

— Готовы? — остановившись перед дверью, спросил командир.

— Открывай.

Дверь открылась, и мы прошли внутрь. Сначала по коридору в дальнюю комнату, потом в ту что справа, и закончили обход в помещении напоминающем котельную. Пока ходили ни слова не произнесли. У меня их просто не было, Виктор же едва сдерживал рвотные позывы.

Так же молча вышли на воздух.

Едва оказавшись на улице, я бегом добежал до оставленного на «парковке» шагохода, и одним махом влетев на мостик, запрыгнул в кабину.

— Первый вызывает зачистку! Прием!

— Зачистка слушает, приём. — Тут же отозвался командир группы.

— К операции не приступили? Приём.

— Минутная готовность. Приём.

— Изменения в задании, пленных не брать, уничтожить всех! Приём.

— Не понял главный, повторите задание! Прием.

— Повторяю! Всех уничтожить! Пленных не брать! Как поняли меня? Приём.