Ведь речь теперь не идёт о суде. Если он так и продолжит отказываться, будет война. Сергей сообщил, что привёл гвардию в боевую готовность и в любой момент готов обрушить силы на непокорный род. Он поставил им ультиматум — либо соглашаетесь на компромисс с Медведевыми, либо вас заставят силой. Он дал барону время подумать до сегодняшнего вечера.

Остаётся несколько часов, и Вронский до сих пор молчит, а мне докладывают, что его войска готовятся к бою.

Очень странно. Кто и что пообещал барону, раз он готов рискнуть самим существованием своего рода? Ведь у Череповых, как у правителей клана, есть полное право уничтожить мятежников. Назвать отказ Вронских сотрудничать именно мятежом — не проблема. Юридически это несложно оформить.

Конечно, такие действия ударят по авторитету самих Череповых. Нет ничего хорошего в том, чтобы воевать с членами собственного клана. Особенно, учитывая и без того сложную обстановку с наследованием княжеского титула. Но и молчать в сторонке тоже нельзя. Сергей и его отец приняли сложное решение, и теперь им придётся следовать ему до конца.

Мне же остаётся только ждать.

Сделав все необходимые дела, я решаю расслабиться. В гостинице, где я остановился, есть спа-комплекс. Оплачиваю посещение с полной программой — греюсь в сауне, плаваю в бассейне и затем иду на массаж. Народу в гостинице немного, в спа, кроме меня, и вовсе только влюблённая парочка, мы с ними не обращаем друг на друга внимания.

После того как меня хорошенько разминают, отправляюсь расслабиться в джакузи. Не успеваю улечься поудобнее, как из кармана моего халата раздаётся телефонный звонок. Дотягиваюсь до него и смотрю на экран. Это Егор.

— Привет, Егор. Слушаю тебя.

— Здравствуйте, ваше сиятельство. У меня есть новости, но они плохие.

— Плохие новости зачастую более интересные, — усмехнувшись, отвечаю я. — Что случилось?

— Вронский, похоже, решил объявить настоящий мятеж. Он пытается подбить другие роды из клана Череповых выступить против князя.

— Неужели? Как ты это узнал? — спрашиваю я.

— Взломал электронную почту Вронского. Вы же сами просили следить за его действиями, — с нотками вины в голосе отвечает хакер.

— И он настолько глуп, что отправляет подобные сообщения по электронной почте?

— Ну… Даже не знаю, ваше сиятельство. Похоже, что так.

Подумав, я отвечаю:

— Вряд ли. Проверь адреса, на которые он отправлял письма. Убедись, что это именно барон Вронский их отправлял. Мне почему-то кажется, что кто-то специально мутит воду.

— Хорошо, проверю.

Убираю телефон от уха и смотрю на экран, чтобы проверить время, а потом говорю:

— Займись этим немедленно. У нас осталось чуть больше двух часов до того, как Вронские должны ответить на ультиматум Черепова. Нужно понять, что происходит, и любой ценой остановить кровопролитие.

— Уже занимаюсь, — отвечает Егор.

Снова расслабиться у меня уже не получается. Сидя в джакузи, ощущаю вину перед самим собой. Как я могу валяться в тёплой бурлящей водичке, когда происходят столь важные вещи?

Что ж, немного отдохнуть у меня всё же получилось. Буду считать, что я зарядился энергией именно для решающего вечера.

Вытираюсь, одеваюсь и выхожу из спа, по дороге набирая Виктору.

— Да, Александр, — отвечает тот.

— Боевая готовность. Передай Оксане мой приказ — пусть едет на базу Династии и убедится, что они не собираются предпринимать никаких действий. Езжай с ней. Если династийцы попробуют выступить — останови их любой ценой. Если возникнут вопросы — ты представитель наследника рода Грозиных.

— Так точно, — говорит Виктор и уже затем спрашивает: — А что может случиться?

— Сам не знаю. Кто-то всеми силами пытается сделать так, чтобы сделка не состоялась.

— Наверняка это Череповы, — бормочет Вик.

Я решаю ничего не отвечать. Само собой, начальник моей гвардии не в курсе, как всё обстоит на самом деле. Мне не нравится скрывать от него информацию, но по-другому никак. Это только между мной и Сергеем — хотя князь Черепов тоже в курсе, но его мы в расчёт не берём. Он знал тайну моего происхождения всё это время и хранил её так же строго, как моя мать.

Когда вспоминаю о маме, становится немного тоскливо. После того как я переехал в свою квартиру, мы стали очень редко видеться. Не то чтобы меня это расстраивало, но всё равно — за время в этом мире я успел очень к ней привыкнуть. Завтракать и ужинать вместе, болтать о пустяках, любоваться её красотой — всё это стало привычными и приятными ритуалами для меня.

Когда вернусь в Москву, надо будет обязательно выделить день-другой и провести время с ней. Удивительно, но я скучаю. Кто бы мог подумать?