Ранняя версия устройства была показана в августе 2020 года на публичной презентации, состоявшейся в штаб-квартире Neuralink. В видеоролике свинья Гертруда, в мозг которой был вживлен микрочип, ходила по беговой дорожке, и пояснялось, как именно чип получает сигналы ее мозга и передает их компьютеру. Маск продемонстрировал чип размером с четвертак. Помещенный в мозг, он мог передавать сигналы с помощью беспроводной связи, а следовательно, его пользователь не походил на киборга из фильма ужасов. “Я мог бы пользоваться чипом Neuralink прямо сейчас, но вы бы этого не заметили, – сказал Маск. – Может, он уже у меня в голове”.

Через несколько месяцев Маск приехал в лабораторию Neuralink, расположенную во Фримонте неподалеку от завода Tesla, и инженеры показали ему новейшую версию устройства. В нем соединялось четыре отдельных чипа, каждый из которых имел около тысячи нитей. Их предполагалось вживлять в разные области мозга и проводами подсоединять к роутеру, закрепленному за ухом. Маск молчал почти две минуты, а Зилис и коллеги просто смотрели на него. В конце концов он вынес вердикт: это провал. Устройство было слишком сложным и имело слишком много проводов и узлов связи.

Обезьяна играет в Pong, управляя компьютером с помощью своих мозговых импульсов

В тот период он удалял лишние соединительные узлы из двигателей Raptor, проектируемых в SpaceX. Каждый узел мог стать критической точкой. “Устройство должно быть единым, – сказал он опустошенным инженерам Neuralink. – Единым изящным модулем, не имеющим ни проводов, ни соединительных узлов, ни роутера”. Нет никакого закона физики – никакого основополагающего принципа, – который не позволял бы уместить весь необходимый функционал в одном устройстве. Когда инженеры попытались объяснить, почему без роутера не обойтись, Маск встретил их слова с каменным лицом. “Убрать, – сказал он. – Убрать, убрать, убрать”.

После этого совещания инженеры пережили все обычные стадии постмаскового стрессового расстройства: сначала они были обескуражены, затем рассержены, затем встревожены. Но через неделю они перешли на следующую стадию, исполнившись азарта и осознав, что новый подход может оказаться действенным.

Когда через несколько недель Маск снова нанес визит в лабораторию, ему показали единый чип, который обрабатывал данные, поступающие со всех нитей, и по Bluetooth передавал информацию компьютеру. Никаких соединительных узлов, никакого роутера, никаких проводов. “Мы думали, что это невозможно, – сказал один из инженеров, – но теперь мы от него просто в восторге”.

Одной из проблем, с которыми столкнулись разработчики, стало требование сделать чип предельно маленьким. Сложно было обеспечить достаточный ресурс аккумулятора и оснастить устройство большим количеством нитей. “Почему чип должен быть таким маленьким?” – спросил Маск. Кто-то опрометчиво ответил, что таково одно из предъявленных к разработчикам требований. После этого Маск, как по команде, принялся зачитывать алгоритм, в котором на первом же месте стояла рекомендация критически оценивать все требования. После этого он прочел лекцию о том, что определяет размеры чипов. Наш череп имеет округлую форму – так, может, сделать чип немного выпуклым? И увеличить его диаметр? Инженеры пришли к выводу, что в человеческом черепе без проблем поместится и чип побольше.

Когда новое устройство было готово, его имплантировали в мозг макаки Пейджера, жившего в лаборатории. Пейджера научили играть в видеоигру Pong, давая ему фруктовый смузи всякий раз, когда он набирал очки. Устройство Neuralink записывало, какие нейроны активировались, когда он определенным образом двигал джойстик. Затем джойстик отключили, и управление игрой стало осуществляться с помощью сигналов мозга. Это был важный шаг к поставленной Маском цели – установлению прямой связи между мозгом и машиной. Видео с макакой загрузили на страницу Neuralink на YouTube, и через год оно набрало шесть миллионов просмотров.

Вопрос, использовать ли радар в системе Autopilot для беспилотных автомобилей – или полагаться лишь на визуальные данные с камер, – по-прежнему вызывал в Tesla споры. На этом примере хорошо понятно, как Маск принимает решения: он колеблется между смелостью, упрямством, безрассудством и визионерством, ориентируясь на основополагающие законы физики, но порой бывает на удивление гибок.

Изначально он подходил к этому вопросу без предубеждений. Когда в 2016 году компания обновила Model S, он неохотно позволил команде по разработке автопилота использовать направленный вперед радар в дополнение к установленным на автомобиле восьми камерам, а также разрешил своим инженерам реализовать проект по созданию собственной радарной системы, получившей название Phoenix.

Но к началу 2021 года использование радара стало вызывать проблемы. Из-за дефицита микрочипов, возникшего вследствие ограничений, введенных из-за эпидемии коронавируса, поставщики Tesla не могли обеспечить компанию необходимым количеством продукции. Кроме того, система Phoenix, разрабатываемая в Tesla, функционировала плохо. “У нас есть выбор, – заявил Маск на судьбоносном совещании в начале января. – Мы можем остановить производство автомобилей. Мы можем сделать так, чтобы Phoenix заработал немедленно. Или мы можем вообще убрать радар”.