Шрифт:
Зажимаю звонок на соседских воротах и жду пока хоть кто-то появится из дома.
– Иду!
– слышу скрип двери, а следом выкрик.
Отлично. Он то мне и нужен.
– Варя? Что-то случилось? Ты почему так рано?
Согласна для визитов рановато. Семь утра. Но что поделать. Судя по его виду, не разбудила.
– Случилось. Иди за мной.
Разворачиваюсь и быстрым шагом иду обратно в свой двор. Вадим за мной. Наверное, мне стоило бы объясниться спокойнее, но злость переполняет.
– С дедушкой что-то?
– Нет. С моими нервами. Я понимаю, вы мне не рады, хотите, чтобы уехала, не объяснив нормально причину. Но это уже перебор!
– смотрю на парня, а рукой указываю на стекло.
– Кто мог это сделать?!
Вадим хмурит брови и переводит взгляд в указанном направлении.
– Сделать что?
– Вадим! Сделать эти… - поворачиваю голову в сторону окна.
– … царапины…
Последнее слово звучит практически шёпотом.
На стекле ничего нет. И намека на повреждение.
– Но я ведь видела… - сглатываю ком.
– Варя, ты… Как себя чувствуешь? Какие еще царапины?
– Телефон!
– щелкаю пальцами.
– Стой здесь! Никуда не уходи!
Мчусь в дом, чуть не упав споткнувшись об обувь. Хватаю телефон и несусь обратно. Вадим сидит у собачий будки и гладит по голове довольного пса.
– Вот смотри, я сделала фото!
– захожу в галерею, хочу показать фотографию, но ее нет. Последний кадр сделан за несколько дней до моей поездки.
– Что за чертовщина?!
– пищу не своим голосом.
Глава 10
Я ведь отчетливо видела эти царапины, списать не сонное состояние не получится. И на галлюцинацию не похоже, с чего бы вдруг. Я видела их и со стороны улицы, и это точно не дефект стекла.
Вадим внимательно всматривается в мое лицо.
– Так… Что произошло?
– На стекле было пять жирных длинных царапин, словно кто-то провел гвоздем.
– опускаю взгляд.
Я привыкла доверять своим глазам.
– Наверное мне почудилось спросонья!
– беру себя в руки, желаю голос более веселым и растягиваю губы в улыбке.
– Прости за беспокойство!
Он уже смотрит на меня, как на ненормальную, если продолжу настаивать на том, чего сейчас нет, то по поселку пройдет слух, что внучка Степана Олеговича не дружит с головой.
Улавливаю дерганное движение плечом. Вадим остается каким-то слишком серьезным. Можно подумать, что верит мне.
– Что еще ты видела? Или может… Слышала?
– Кроме того, что кто-то стер ваш хваленый символ с двери, меня все пытаются выпроводить, на моих глазах произошел несчастный случай, а еще у вас ужасная связь – ничего.
Нет смысла рассказывать про сон. Хотя он тоже беспокоит меня. Особенно после того видения в окне.
– Ах да, и еще мне кажется я видела кого-то в лесу.
– Что?!
– повышает голос.
Чуть отклоняюсь назад, взгляд Вадима изменился, он словно испытывает страх.
– Дедушка сказал, что она придет за ним, а после указал в сторону леса. Я видела силуэт, нечто белое, но с такого расстояния не удалось рассмотреть. Наверное, просто кто-то решил прогуляться за грибами.
Не хотела думать об этом силуэте, но не вылезал из головы. Это был явно не отблеск, но логично предположить, что просто кто-то оказался не в то время и не в том месте. А дедушка показывал не на конкретное место, а просто на улицу.
Практически подпрыгиваю от неожиданности, когда пес начинает дико лаять, спрятавшись в будке. Вадим расправляет плечи и нервно озирается по сторонам.
– Заткнись!
– рычит на пса и тот переходит на скулеж.
– Уезжать не собираешься?
– Наша песня хорошо, начинай сначала. Нет, Вадим, не собираюсь, пока дедушке не станет лучше! Сколько еще раз мне повторить? И может ты лучше наконец расскажешь хоть что-то о вашем…
– Нет.
– резко перебивает.
– Ты верующая?
Внезапный вопрос. Слегка хмурю брови.
– Нет. Но не против религии.
Верю в то, что можно доказать, и религия к таковому не относится. Но с пониманием отношусь к тем, кто ищет в божествах спасение. Только если религия не обретает фанатические черты. И поведение местных все больше напоминает именно это.
– Возьми.
– снимает с своей шеи потёртый серебряный крестик и протягивает мне.
– Бери, говорю!
Его тон достаточно груб, но отчетливо прослеживается нервозность.
– Для чего он мне?
– не перечу, сжимаю крестик в ладони.