«Ты могла бы хотя бы немного попрактиковаться в минете. Так ты не будешь выглядеть полной неудачницей, когда наконец трахнешься с парнем. Ты сможешь удержать его интерес своими оральными навыками, даже если не знаешь, что делать, когда дело доходит до траха».

Я смотрю на нее, и на секунду мне кажется, что она шутит, но она серьезна. «Ты думаешь, парни действительно будут беспокоиться о том, что я неопытна?»

Она фыркает. «Парням нужна девушка, которая знает, что делает, а не та, которую им придется учить основам».

Я не думаю, что Макс заставил бы девушку чувствовать себя плохо из-за неопытности. Я имею в виду, что он даже не знал, что я девственница, пока я ему не сказала, так что это не могло быть так очевидно.

«Да, я думаю, я просто подожду, спасибо», — говорю я ей с приторной улыбкой.

«Твоя потеря».

Я откидываюсь на спинку дивана и улыбаюсь, потому что Моник только что подала мне потрясающую идею.

ГЛАВА 11

Макс

Сейф в кабинете Данте — огромная старая штука, которая стояла еще со времен его деда. В свое время она была передовой, но теперь она устарела и нуждается в обновлении. Думаю, она служит определенной цели — не пускает большинство людей. Не помню, когда я в последний раз заглядывал туда. Не уверен, что когда-либо обращал внимание на то, что там лежит. Деньги? Важные бумаги? У меня есть коды, чтобы открыть его. Вот насколько он мне доверяет. Если бы он вошел сюда и обнаружил меня с головой в этом сейфе, он бы ничего не подумал. Вот почему даже мысль о том, чтобы заглянуть внутрь, когда его или Лоренцо здесь нет, заставляет бегать мурашки у меня по коже. Это даже не должно было прийти мне в голову, но эта история с Кристин и Вито постоянно меня грызет. Что, черт возьми, за видеозапись у Вито? Знают ли об этом Данте и Лоренцо? Может, мне просто спросить их?

Я пообещал своей младшей сестре, что не скажу им о ее существовании или о том, что она в Чикаго, но это было до того, как я узнал, что у моего давно потерянного дяди может быть видеозапись Моретти, замешанного в убийстве. Учитывая, что я так хорошо знаю Данте и Лоренцо, я думаю, что это, вероятно, как-то связано с их отцом. Но я не могу скрывать это от них дольше. Мне все равно, сказал ли отец Кристин ей, что Моретти нельзя доверять, они — единственная семья, которая у меня когда-либо была, и у меня никогда не было ни единой причины сомневаться в них.

Я не заглядываю в сейф. Это было бы предательством их доверия ко мне. Вместо этого я кладу документы, касающиеся нового казино, на стол Данте и выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь. Вытянув шею, я вздыхаю, когда она шелкает. Черт, мне нужно избавиться от части этого напряжения, которое я держу в себе. Прошло два долгих дня с тех пор, как я трахал Джоуи Моретти, и я не могу перестать думать о том, как хорошо она чувствовалась и как хорошо было бы снова погрузиться в неё. Еще один раз.

Она здесь? Обычно я знаю каждый ее шаг, но с той ночи я отступил. Это меньшее, чего она заслуживает.

«Эй, придурок», — звук ее голоса заставляет меня замереть.

Я оборачиваюсь и вижу, что она стоит в дверном проеме кабинета, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.

Я шагаю обратно по коридору к ней. «Придурок?»

Она одаривает меня озорной ухмылкой. «Хм. Типа того».

«И почему это, Джузеппина?»

Ее черты лица мрачнеют. «Не называй меня так, Макс». Она ненавидит свое полное имя и настаивает на том, чтобы ее называли Джоуи с того момента, как научилась произносить это слово.

«Тогда не называй меня придурком».

«Ладно», — вздыхает она. «В любом случае, я надеялась, что ты зайдешь. Мне нужна твоя помощь кое с чем».

"И с чем же?"

Она прикусывает нижнюю губу и втягивает воздух, от которого ее идеальные сиськи поднимаются и опускаются. Я пытаюсь не отрывать глаз от ее лица, но смотрю вниз, и она видит, куда направлен мой взгляд. Попался.

«Ну, я тут подумал, раз уж ты был моим первым…»

«Джоуи», — резко шепчу я, обрывая ее, и вталкиваю ее обратно в открытую дверь в кабинет. «Какого хрена ты творишь?»

Она смеется. «Расслабься. Никого нет дома».

Я все равно закрываю дверь, чтобы дать нам немного уединения. «Здесь есть охранники. У твоих братьев уши повсюду».

«Охранники теперь только у входной двери или снаружи. Ты же знаешь», — говорит она, закатывая глаза. Это правда, что с тех пор, как родилась дочь Данте, присутствие охранников в доме было ограничено. Кэт настояла на более дружелюбной атмосфере для воспитания детей. Но они все еще здесь, и кто знает, когда кто-то может пойти побродить туда, куда не следует.