Где у этой дамочки оружие. Без пушки я чувствовал себя как голый. Странное чувство и явно не моё. В дамской сумочке, выдала память Марии, а сумочка на столике, есть еще нож в специальных ножнах на бедре, но я все равно направил шпильки к столику.

— Препарат должен действовать еще шесть часов! — произнес вбежавший Михаил.

Дома он просто Майк. А тут командир нашего звена, это он позвонил Марие:

«Детка, придумай что-нибудь кроме пытки, желательно, чтобы этот оперативник оставался целым и невредимым, за ним уже едут специалисты из центра. Посмотри на него Мари, он же бабник! А ты умеешь с такими ладить». Добрый босс! Нравится или нет, но это работа, не отвертишься.

Так теперь, что там по обстановке? Майк, Андрэ, доктор и два бойскаута переростка на верху, пять против одного или одной.

— Мари! Он тебе что-то говорил, перед исчезновением? — поинтересовался запыхавшийся босс.

— Нет! Просто испарился, что будем делать, босс? — между делом сумочка оказалась у меня в руках.

— Как что? Срочная эвакуация! Я уже отправил сообщение о провале. Русские быстро примчаться. Так что уходим согласно протоколу.

Ага, значит я пока вне подозрений, но это пока, умные головы из центра скоро сообразят, надо спешить. Послышалось близкое пик…пик…пик. Это значит, что осталось пять минут затем настанет бабах, и частный дом в пригороде Москвы сравняется с землей.

Все молча пробирались к выходу из подвала. На первом этаже, нас ждали два бойца из охраны, увидев нас быстро направились к выходу.

На улице был день, начало лета, очень тепло.

Прыгаю в гольф, припаркованный во дворе дома, ворота уже нараспашку, и газу. Майк сделал тоже самое, остальные едут вместе. То, что в данной ситуации требовалось от Марии, было выполнено, осталось только перевоплощение в жгучую темноглазую брюнетку, избавиться от машины и затаиться в однушке на окраине, до получения дальнейших указаний.

Теперь я должен выполнить обязанности фсбэшника. У Марии было два телефона, один прослеживался ЦРУ, от него нужно избавиться позднее, второй не должен был, по крайней мере ее память об этом твердила.

Недалекое БАБАХ, оповестило меня, что домика больше нет. Выруливая и следя за дорогой в пол глаза, я отправил смс по нужному адресу — очень неудобно с такими ногтями.

Ну все! Моих американских коллег, ждет теплый прием. Нужно решить, что делать дальше, тут блямкнул телефон, оповещая о входящем сообщении с закрытого номера:

«Принято. Отправляйтесь по адресу, соответствующему данной ситуации».

«Вот уж, хренушки, не поеду я к этим мясникам».

Сначала к Набиулину, сдам эту сексапильную русофобку, авось меня прикроет, в хорошем смысле. Открыв окно, избавляюсь сразу от обоих телефонов.

Машину бросил недалеко от Измайловской, предварительно перевоплотившись в брюнетку, а дальше пара пересадок на метро и Лубянка.

Несмотря на то, что до часа пик было далековато, у входа было довольно многолюдно, народ спешил по своим делам, не обращая особого внимания на подобных себе. Погруженный в свои мысли, я влился в людской поток и не сразу заметил пристальное внимание. Один, два, затем сразу несколько взглядов, царапали меня. Что за хрень? Неужели здесь столько соглядатаев? Боковым зрением заметил, как меня разглядывает мужичок лет пятидесяти пяти, и молодой парень явно студент, не сводит глаз.

— Вах! — услышал я, от проходящего мимо кавказца.

Б…ть! Вот идиот, как же до меня сразу не дошло! Они смотрят на Марию! Я же и сам всегда разглядываю привлекательных особ. И эта временная оболочка, что не говори, есть на что посмотреть: длинноногая, юбка чуть выше колен, третий размер груди — выдала память, деловой костюм только подчеркивал все прелести, да и черный парик нисколько ее не портил. Непривычный к подобному вниманию, я поборол желание избавиться от тела и ускорил шаг.

Осталось придумать, как связаться с полковником. Хотя, не обязательно же напрямую. Выйду на него через Кречетова, профессор как-то хвалил кафе, что недалеко от конторы. Мария пришла в себя, пока я добирался до места. Она вела себя тихо, по-другому быть не должно. «Умная девочка!»

Наученный своим первым опытом, я поместил ее связанной в каменный мешок, оттуда не доносилось ни звука, просто стало понятно, что ее суть вышла из небытия и затаившись прислушивается. Если честно, я даже не представлял, что чувствует себя человек будучи пленником в собственном теле. Смоленков боялся, а с остальными пообщаться не пришлось. И с тобой я тоже болтать не буду. Мария отрезана от всего, при желании, я мог с ней поговорить, но не видел в этом смысла. Пусть посидит, помучается, ее ждет новая, интересная жизнь.

Официантка была немного удивлена, когда стройная брюнетка лет за тридцать, заказала стэйк средней прожарки, картофель фри и салат цезарь. Это же кошмар диетолога! Все жирное, но рецепторы Марии трепетали от восторга, еще бы, та раз в неделю позволяла себе пирожное, а тут сразу три высококалорийных блюда, это тебе моя маленькая месть, дорогая, да и есть хотелось, чего греха таить. Кречетов появился, когда я под завистливые взгляды дамочек, сидящих за соседним столом, догрызал стэйк.

Заказав себе рагу, тот уселся за крайним столиком у окна. В желудке была тяжесть, хотелось прилечь, похоже крошку Мари ждет несварение, мстительно подумал я, поднимаясь со своего места и направляясь к профессору.