Лейтенант же, «альфа»! Ему не нужен транспорт в виде портала, потому как сам является его носителем, он и есть портал, только более совершенный. Лейтенант способен уйти куда угодно, ни пространство, ни время, не являются для него барьером, а умение вселяться в чужое тело, стало шоком даже для Кречетова. Идеальный оперативник или разумное оружие, его аналогов не существует.

У Китая, судя по разведданным, появилась «омега», они уже заняли несколько ячеек. Американцы по старой доброй традиции, стащили результаты чужого труда, путем ошибок и жертв, они сумели пробиться в уже занятую портальную ячейку, где получили втык от наших оперативников, теперь туда не суются. Зато активно ведут разведывательные работы, на территории Китая и России. От размышлений, полковника отвлек телефон прямой связи.

— Мой замок класивее!

Мишка, мой лучший друг по детскому саду, высунув язык от усердия, работал лопаткой изредка поливая песок из маленького ведерка и хвастался.

— Ну и фиг с ним, зато мой больше и даже окна есть, а у тебя только дверь.

Я старался не отставать от друга и еще хотелось, что бы все увидели, какой у меня классный замок.

Зовут меня Ромка, завтра исполнится аж целых пять лет, уже совсем большой, не то, что остальные. Вон Тимоша, ему даже и четырех нет, фу мелочь, вечно ходит с размазанными соплями.

Тут над песочницей нависла тень и БАЦ… Нога в сандалике растоптала Мишкино творение. Еще раз БАЦ… Мой замок постигла та же участь. Мишка сидел с открытым ртом, не зная, что делать, правда глаза уже заблестели от подкативших слез. Костик Баранов, именовался просто Баран — наш давнишний враг, незаметно подкрался и отомстил нам за утреннего жука, подкинутого ему в кисель.

— Ха, дурачки, конец вашим замкам, — Костик, сотворив злодейство попытался скрыться, но не тут-то было.

— Ах ты, Баран! — я прыгнул на него с лопаткой, но не с простой, она была детская стальная, ХРЯСЬ…

Мое страшное оружие чиркает его по лбу. Костик не ожидал скорого возмездия и с выпученными глазами попытался спастись. Очень не кстати, под ногу попадается ограждение песочницы и тот падает лицом в землю.

— Ааааа! — Баран поднимается и поджав нижнюю губу оповещает всю округу громким плачем.

Тут мне стало страшно. Еще бы, у него из носа текла кровь вперемешку с соплями, а на лбу косая кровоточащая царапина. Карающий орган в лице моей мамы, не заставит себя долго ждать. Она работает нянечкой в этом же детском садике.

— Ааааа! — продолжал рыдать Костик, разворачиваясь и показывая всем, как сильно он пострадал.

— Ух ты! — мой верный друг Мишка, завидев подобное, бросал растерянные взгляды, то на меня, то на Костика. — Теперь же милиция плиедет, да? Мой папа ласказывал, как его длуг, стукнул длугого дядю железной палкой и за ним плишла милиция.

— Ааааа!

Как же мне хотелось закрыть ему рот. Чего же он так орет-то?

Вот уже бежит испуганная воспитательница, за ней, потряхивая грудью пышная нянечка.

— Что случилось, Костенька?

— Ааааа! Это Ромка, он плохой, Ыых, — хныкала и одновременно жаловалась моя жертва, а мне хотелось сбежать. — Он меня лопаткой стукнул и жука в кисель положил, Мишка тоже плохой. Аааа! — Воспитательница с укоризной посмотрев на меня, взяла Костика за руку и увела.

— Рома! — обратилась ко мне тетя Аня, наша нянечка. — Как тебе не стыдно?

— Он пелвый начал, — вступился за меня друг. — Обзывался, а потом наши замки ластоптал, — от волнения Мишка сам чуть не растянулся об ограждение.

— Разве за это надо бить по лицу? — не уступала тетя Аня. — Так можно и без глаз остаться, я сейчас расскажу твоей маме, она с тобой поговорит!

Ну все, пол дня в углу придется простоять, но сначала долгий разговор с мамой.

Но разговора не состоялось, меня взяла за руку незнакомая тетя и отвела на скамейку, где она присела, а я стоял, опустив голову.

— Да Рома, натворил ты дел, — строго произнесла она. — Костю, повезли в больницу, ему будут зашивать голову и лечить нос, посмотри на меня, не прячь глаза.

Я заплакал, бесшумно, просто потекли слезы. Мне было страшно и немного стыдно за содеянное. А еще ужасно хотелось повернуться, кто-то наблюдал за мной, кто-то плохой, но я не мог расстроить тетю, стоял и пускал слезы.

— Посмотри мне в глаза, — еще раз повторила она, от неожиданно появившейся жесткости в ее голосе, я подчинился. — Не расстраивайся так сильно, — прозвучало уже мягче, ее светлые глаза наполнились теплотой, тут я начал всхлипывать.

— Скажи мне Рома, ты бы хотел, чтобы этого не произошло? Хочешь вернуть все назад и поступить по-другому?