Замолкает.

– То есть хэппи-энда не будет? – уточняю я.

– Сказал же, что тебе не понравится эта сказка.

Положив затылок на спинку дивана, вновь разглядываю глянцевый потолок. Ловлю себя на внезапном ощущении дискомфорта. Что-то сродни лёгкой ноющей боли. Как зубной. Неприятно, но терпимо. Можно вылечить и забыть.

Я никогда не знал этих людей. По сути это не мои родители. Почему я должен испытывать что-то большее, чем мимолётное сожаление?

– Ну окей, – смотрю на Ильдара. – Зачем ты приехал? Почему вдруг решил меня найти?

– Ты очень самоуверен, братец. Я приехал не к тебе, а к отцу. Он много лет занимается тут бизнесом.

– Какой из отцов? – уточняю я.

– Давид. Сергей исчез из жизни матери ещё до нашего рождения.

– То есть твой визит связан только с этим неродным папашей?

– Да.

– А от Лизы тебе что нужно?

– Мы общаемся, – пожимает он плечами. – Она мне нравится. Хорошая, порядочная...

– Она моя! – повышаю голос, моментально напрягаясь.

– Да вроде не подписано на ней, – смеётся Ильдар. – Да хорош! Ты чё такой псих ненормальный?

– Я нормальный псих. По пустякам не взрываюсь. От Лизы отвали – тогда мы поладим.

Поднимаюсь.

– Подожди, братец. Эта не вся сказка. Там продолжение есть как раз про Лизу.

Опускаюсь на диван.

– Ну?

– Тот из близнецов, которого Давид увёз, оказался сначала в доме малютки. Позже он попал в детский дом № 83. Отец даже навещал его время от времени. Чувство вины заело – подумаешь ты. Но нет, не очаровывайся раньше времени, братец. Давид там познакомился с девушкой Ириной, и у них завязалась интрижка. Но они расстались, как только Давид узнал, что Ирина глубоко беременна не от него. Однако он начал финансировать этот детский дом, и был там почётным спонсором и частым гостем. Ирина погибла в автокатастрофе. Её дочка Лиза стала воспитанницей того же детского дома 83. И она была очень похожа на свою мать... В общем, Давид её заметил.

Ильдар дёргает бровями, явно на что-то намекая... А на что?

– В каком смысле заметил?

– Ну подумай, братец. Взрослый мужик спонсирует молоденькую симпатяжку. Зачем ему это?

– Но она ведь не его дочь?

– Нет. Давид не фертилен.

Хм...

– Подкатывает к ней? Ты видел? – накаляюсь я.

– Скажем так: его подкаты хорошо видны на его банковских счетах. Что будешь делать? – с азартом.

– Фамилия нужна.

– Фридманы мы.

– Ты. Я Аверьянов.

– Ну да.

Замолкаем.

Не нравится мне этот тип. И папаша его тоже.

– Слушай, Ильдар... У тебя же наверняка есть какой-то свой интерес.

– Может быть, – выразительно моргает он. – Давида я презираю всем сердцем. И если ты захочешь устроить ему какие-то проблемы, то я в деле.

Оо... Так у нас тут назревает развлекуха! Клон ищет единомышленников.

– Дай мне свой телефон, – достаю айфон из кармана.

– Ну пиши.

Диктует. Делаю ему дозвон. Но... уходить пока рано.

– Мои друзья видят тебя повсюду. И меня напрягает, что люди нас путают.

– А я что могу поделать с этим? – самодовольно скалится он.

– Как вариант – не отсвечивать. Не тусоваться там, где тусуюсь я. И давай о цели твоего визита поподробнее. Свалишь ты когда? Что нужно для этого сделать?

– Вот это я понимаю – счастливое воссоединение семейства... – обескураженно разводит руками.

– А чего ты ждал? Что мы друзьями будем? Братьями? – цежу ядовито.

Эгоист я. Один-единственный в своём роде Даниил Аверьянов. А этот проходимец должен свалить.

– Утрясу вопросы с отцом и уеду.

– Какие вопросы?

– Это личное, – отрезает он.

Личное, неприличное... Задумчиво верчу в руках айфон. Вбиваю в поиск браузера «Фридман» и кликаю по первой ссылке.

Давид Русланович. Заводы, пароходы, нефть... Богатый тип. С его рожей на фотке у меня нет никакого сходства.

– О матери не спросишь? – интересуется Ильдар.

Глядя в экран, качаю головой.

– Мне чужая мать неинтересна.

– Так твоя она, – произносит с обидой.

Поднимаю на него взгляд. Вот, уже хорошо. Попёрли настоящие эмоции. Мамаша умерла, и решил отомстить её муженьку? Так получается?

Но я не буду воевать на его стороне. Мне своих проблем по горло. А вот Лиза должна закончить какие-либо отношения с этим Фридманом.

– Короче, созвонимся, – поднимаюсь.

Ильдар тоже встаёт. Мы одного роста. И ширина плеч примерно одинаковая.

– Снял бы ты эту хрень, – указываю на серёжку в губе. – Отстой.

Проводит по ней языком и довольно скалится.