Спустившись на первый этаж, она сразу увидела Свята, который, кажется, тоже не сомкнул глаз. Он сидел за столом, подперев голову рукой, и смотрел в большую кружку. Белый плащ висел на спинке стула.

– Садись, – сказал он.

Зевнув, Варна подошла к столу и огляделась в поисках хозяина заведения, но зал оказался пуст, за стойкой никого не было. Пожав плечами, она взяла кружку Свята и отхлебнула из нее.

– Эй! – возмутился он.

– Дрянное пиво, – пробормотала она.

– Каким бы ни было, оно мое.

– Теперь наше.

Свят усмехнулся. Она села рядом и вернула ему кружку. Это был вызов, и он принял его – допил выдохшееся пиво залпом.

– Думала, что я побрезгую? – осведомился Свят.

– Да, – призналась Варна. – Ты шарахаешься от нас, как от чумных.

– От него, а не от тебя.

– Теперь это одно и то же.

Видно было, как трудно Святу сдержаться и не высказать все, что думает. Раньше он всегда молчал и был холоден, но с возрастом изменился: за словом в карман не лез, мнение свое выражал открыто, но очень уж жестко и бескомпромиссно. А сейчас он молчал, только глядел, совсем как в детстве.

– Скажи это вслух. – Варна облокотилась о липкую столешницу и положила подбородок на ладони.

– Он мертв.

– Какая неожиданность. – Она скривилась. – Но он все еще тот человек, которого мы знали.

– Он не человек. – Свят покачал головой. – И ты даже не представляешь, что я испытываю, глядя на него.

– Страх и отвращение? – предположила она.

– Боль, Варна. – Свят поморщился. – Мне больно за вас обоих.

– Оставь это. – Она махнула рукой. – Мы давно себя оплакали, так что сделай милость, не жалей нас.

– Как ты пошла на это? Как согласилась?

– Согласилась? – Варна чуть было не расхохоталась. – Я умоляла об этом, я ползала у ведьмы в ногах, я… – Она осеклась.

– Продолжай.

– Если бы ты только знал, что она с ним сделала. Если бы ты видел… – От воспоминаний о той ночи по коже побежали мурашки. – Когда я нашла их, было слишком поздно.

– Ты продала душу, верно? – Свят помрачнел.

– Моя душа – то, что держит Дария в Яви. Когда кто-то из нас умрет, ее получит Зверь.

Ни разу за все эти годы Варна не произносила этого вслух. От слов веяло отчаянием. Неужели она еще не смирилась?

– Боже… – пробормотал Свят. – Не лучше ли было позволить ему умереть?

– Я подумала об этом позже, когда увидела, с какой ненавистью он на меня смотрит. Дарий молчал почти десять лет! Ни слова, ни взгляда, только тупое желание ввязаться в драку и умереть. Его молчание сводило меня с ума, и мне казалось, что лучше бы он умер в том ритуальном кругу.

– Любовь – беспощадный зверь, – тихо сказал Свят, – многие погибают в его окровавленной пасти.

– Ты держишься молодцом, – попыталась отшутиться Варна, но вместо улыбки получилась гримаса отчаяния.

Мимо них прошел Дарий. Он даже не взглянул в их сторону, пронесся прямо к двери, на ходу заправляя рубаху в штаны. Свят проводил его настороженным взглядом.

– Он в порядке?

– Он все слышал. – Варна встала. – Ничего нельзя скрыть от человека, с которым ты делишь душу.

– И теперь он снова замолчит?

– Не думаю. Уж слишком сильно ты выводишь его из себя.

Свят и Дарий соревновались в выдержке – полтора дня верхом они ехали с идеально ровными спинами, изредка позволяя Варне отдохнуть. Тягаться с мертвецом – плохая идея, но ее забавляло упрямство, с которым бодались эти двое. Они выглядели совсем как те мальчишки, которыми Варна их запомнила, – десятилетние упрямцы, лупящие друг друга что есть силы деревянными мечами.

Чаще всего именно она дралась со Святом, а Дарий разнимал их, но стоило им сцепиться в словесной перепалке, как тут же разгоралась еще одна потасовка. До того как Мстислав убедил Дария в том, что церковь нуждается в нем, он был тем еще задирой.

Вот и сейчас, не желая уступать другому, два бестолковых мальчишки торчали в седлах до полного изнеможения. Вернее, уставал только Свят, а Дарий не чувствовал неудобств, и на его лице была написана мрачная решимость.

– Два мертвеца мне не нужны, – сказала Варна, заставляя лошадь преградить им путь. – Или делаем привал, или продолжайте путь без меня.

У нее затекла внутренняя поверхность бедер. Участвовать в их глупой игре она не собиралась. Спрыгнув на землю, Варна посмотрела на них и сказала:

– Слезайте.

Заметив, как Свят пошатнулся, Варна закатила глаза. Он действительно собирался ехать дальше в таком состоянии?

– Когда вы повзрослеете? – устало спросила она.

– Никогда, – процедил Дарий, проходя мимо.

Эту словесную пощечину пришлось стерпеть. Свят приподнял одну бровь: мол, так и спустишь ему это с рук? Варна отвернулась, чтобы не видеть его лица, потому что именно так и собиралась поступить.