Пока Микки и Рикки распрягали Грона и Скира, я прошла в кабинет и заперла изнутри дверь. Отчёт временно подождёт. Подобных в своё время было настрочено несметное количество. Раскрыв сумку, я достала из неё тетрадь Фергюсона и его личное дело. Точнее, их абсолютные копии. Одно из отделений сумки было зачаровано на точное на копирование всего, что в него попадает, чем я изредка пользовалась. Естественно, никто кроме меня не знал об этой особенности. Да, в тетради были исключительно расчёты, но если в них хорошенько разобраться, можно многое узнать, так сказать, " читая между строк". В первую очередь необходимо было понять, какую из нескольких возможных выборок и на какую "силу" выбрали Фергюсон и Хертис. При просмотрах их расчётов ранее меня насторожил один момент: отсутствие выкладок на собственные природные источники. Антарен в своей книге предлагал идти "от противного": рассчитать резерв и потенциал собственного источника, а затем наподобие их выстроить схемы для новых. В тетради этот вариант я не нашла. Значит, речь об уравновешивании не шла. В моём случае источник Света всегда должен быть слабее источника Тьмы. Немного, но слабее. Иначе будут глушиться природные способности. Поэтому, несмотря на кажущееся относительное равновесие, Серые маги изначально имеют чёткую предрасположенность к одному из видов Сил. Разница объёмов окончательно нивелируется нейтралями, они же не дают двум "кипящим горшочкам" выплёскиваться, переливаясь друг в друга.

Я изучила тетрадь от корки до корки, но не нашла ни малейших намёков на уравновешивание. Это означало лишь то, что погибших парней действительно использовали "втёмную" в качестве эксперимента, чтобы посмотреть, как поведёт себя более сильный искусственный источник. Не думаю, что неизвестного кукловода удовлетворили результаты. Следовательно, скоро в Леарне будут новые жертвы, ибо демона можно усмирить хоть ненадолго либо чьей-то смертью, либо кровью. Либо душой. На самопожертвование одержимого глупо было рассчитывать. Остались два варианта, и они оба мне не нравились категорически. Было бы неплохо изучить кривую преступлений Леарна за последние пару десятилетий. Вот только как это сделать, не привлекая внимание Светлых, и уж тем более, инквизиторов? Можно было бы попробовать задействовать Рэндалла, чтобы через его доступ к общему архиву инквизиции покопаться в отчётах и сводках из Леарна. Вот только Найнр быстро смекнёт что к чему и прискачет сюда со своими "птичками", чем точно спугнёт преступника. Хотя порой стихийный налёт "Сойки" давал неплохие результаты. Особенно, если Рэндалл планировал операцию на пару с Маркусом. В общем, пришлось отодвинуть этот вариант добычи информации на гораздо более поздний срок.

О своих подозрениях насчёт участия в деле одержимого я нарочно умолчала. Гаю и Майеру-младшему лишняя информация ни к чему. К тому же мало ли где могут упомянуть случайно. А может, и не случайно. Я слишком мало знаю обоих, чтобы всецело доверять. Если так посмотреть, то не осталось никого, с кем можно было бы поделиться своими мыслями. Особенно, пока не вычислен неизвестный. Всё, что касается демонов и одержимых ими — информация не для широкого круга посвящённых. Слишком много дров наломать можно, обладая лишь поверхностными знаниями. Я десятилетиями собирала по крупицам всё, что связано с демонами, их изгнанием и уничтожением. И то всегда сомневаюсь до последнего: правильно ли определила вид и меры воздействия. К тому же, если намекнуть на одержимого, снова всплывёт моё личное дело и подозрения инквизиции на мой счёт. А в то время, пока разбираются со мной, очень легко будет скрыться и зататиться на время. И ищи-свищи потом по всему Герствару негодяя. Надо будет попросить Микки и Рикки по утрам прогуливаться по Леарну. Сплетни-сплетнями, но и из них можно узнать много чего интересного. Тем более, что рыжий паж способен и статую разговорить, язык у него подвешен, что надо. А ещё стоит возобновить тренировки. На то, как пажи до недавнего времени держали ножи или кастеты в руках без слёз не взглянешь. От демонов подобные навыки, конечно, не спасут, но кое в чём помогут, да и по жизни пригодятся. К тому же контроль над телом и духом ещё никому не вредил. Особенно "серым". Научатся собой управлять, дойдём и до простеньких заклинаний вместе с магическими приёмчиками. Только бы времени хватило… Я заперла принесённые копии в сейфе, а сама, подкидывая в руке сэттайн позвала пажей — Микки! Рикки! Что-то мы давно не разминались! Оба пажа тут же появились передо мной. По мрачным мордашкам было ясно сразу, что не на такое вечернее времяпрепровождение они рассчитывали. Гонять в разминке было немного лениво, поэтому я решила озвучить светлую тёмную мысль, мелькнувшую в голове — А может, Тейру и Сайра позвать? Они быстренько помогут вам обоим размяться как следует. Микки покосился на меня так, словно я ему предложила нырнуть в бочку с кислотой, но промолчал. На выручку собрату пришёл Рикки, робко заметивший — А у нас в саду там… Ёлочка выросла… Затопчем ведь… Жалко… А так к новому году подрастёт и её нарядить можно будет…При упоминании о ёлке и праздниках, связанными с новым годом у меня дёрнулся глаз…

Когда мы с братом были маленькими, то обожали новогодние праздники. С середины осени уже начинали загадывать желания и готовить подарки родным. Потом семьи как таковой не стало, дарить подарки оказалось некому, всё волшебство и флёр праздника исчезло. В монастыре подобные мероприятия считались блажью и не поощрялись. После проклятия за годы скитаний по Горному краю как-то не до новогодних торжеств было. Потом уже, когда попала в отряд узнала, что Максимилиан завёл традицию обмена подарками в ночь смены года. Это могло быть всё, что угодно: хоть вязаные носки, хоть свистулька, хоть огрызок бумаги с корявым стишком- проклятием на пожелание долгой и счастливой жизни. Да-да, было и такое. На моём веку одержимых магов в отряде побывало много. И у каждого был свой талант или "изюминка". В общем, делай что хочешь, но подарок должен быть! Таким вот незамысловатым образом люди, лишённые возможности создать собственные полноценные семьи творили своими руками атмосферу присутствия большой семьи. С шутками, байками, подарочками и даже намёком на праздничный стол, когда каждый из отряда либо доставал из заначки что-нибудь вкусненькое, либо готовил то блюдо, которое у его народа или семьи считалось типичным на новогодние праздники. Честно говоря, даже ежегодные традиционные новогодние балы в академии не вспоминались с такой теплотой, как празднование с отрядом. После отставки первые годы ушли на то, чтобы встать на ноги и пролетели незаметно, потом, когда всё более-менее наладилось, заходила к друзьям, оставляла подарки, забирала свои, и вместе с Ларсом уходила в ближайший лес. Просто не могла физически находиться рядом с празднующими и веселящимися людьми. И даже дело было не столько в демоне и контроле над эмоциями… Я чувствовала себя лишней во всём этом. Чуждой. Заканчивалось всё тем, что поймав что-нибудь мелкое, готовила на костре мясо, пока Ларс довольствовался своей половиной добычи. А потом до рассвета сидели с ним у затухающего костра, думая каждый о своём. Даже местный егерь привык к картине "Посленовогодняя ведьма с котом на рассвете". Потом не стало и Ларса… А я снова училась заново сидеть, стоять и ходить… Поэтому за последние два года перед появлением в Леарне новогодние праздничные недели снова прошли мимо. Но вот чего я точно не ожидала, так это того, что при слове "ёлка" у меня когда-нибудь начнёт дёргаться глаз. Как говорится: ничего не предвещало, однако…***В первый год появления пажей в доме. Всего за одну ночь Леарн преобразился. Словно неведомый волшебник пробежался по всему городу, украшая каждый дом мишурой, праздничными венками из еловых или сосновых веток, развешивая разноцветные гирлянды и шары. Микки и Рикки шли рядом со мной и удивлённо-восторженно крутили головами по сторонам, разглядывая праздничное убранство. Гад всё-таки глава их клана. Судя по реакциям пажей, праздник встречи нового года прошёл мимо них. А точнее, с самого рождения ежегодно за три версты объезжал. Черти, не участвовавшие ни разу в жизни в главном зимнем празднике — это нонсенс! Это как утки ни разу не плававшие в воде! Помимо домов украшению подверглись так же все ёлки и сосны города, от мала до велика. Традиция. — Госпожа Ри, а это для чего? — Микки показал рукой на очередного горожанина, тащивщего в кадке средних размеров ёлку. — На Новый год принято украшать хвойные деревья, считая, что это принесёт удачу и счастье в будущем году. Обычно украшаются все уличные деревья, но многие на все новогодние недели ставят ёлочки и сосенки у себя дома. Чтобы дерево не погибло, его выкапывают аккуратно вместе с корнями и помещают в кадку. Ну, как выкапывают, скорее вырезают лопатой вместе с куском земли, учитывая особенности промерзания местных почв. А по весне высаживают обратно в лес. И природа не страдает, так как деревья берут из той части леса, где его необходимо прорядить, а высаживают где, наоборот, лес надо восполнить, и считается, что, чем лучше за деревцем ухаживаешь, тем больше счастья и удачи она принесёт в ту или иную семью. Пажи молча переглянулись и продолжили рассматривать украшенную улицу, пряча покрасневшие на морозе носы в намотанные многократно вокруг шеи шарфы.

***Вернувшись домой из пекарни, я почувствовала в прихожей тонкий необычный аромат, отдалённо напоминающий хвойный, но с едва заметной ноткой перчинки. Перчинки?! Наскоро сбросив верхнюю одежду и коробки с выпечкой на банкетку направилась туда, где сильнее всего ощущался запах.

— Это что? — я указала кончиком трости на кадку с растением.

— Это? Ёлочка! Мы её в лесу откопали и теперь у нас тоже будет настоящий Новый год! И счастье, и удача! — радостно заулыбались пажи. У меня дёрнулся глаз ровно за секунду до того, как моё тело сделало попытку безвольно сползти вдоль стены в спасительный обморок. Ладно бы городской барышней была, так ведьма боевая. На что я надеялась? Обморок? Ха! Стой и наслаждайся! — Это не ёлочка… Это серленум. Исключительно ядовитое растение, похожее на декоративную ель, но имеющее ряд отличительных признаков. Категорически не рекомендуется для содержания в помещениях, особенно хорошо отапливаемых, так как в тепле начинает выделять ядовитые эфирные вещества из своей смолы, — практически дословно процитировала я один из справочников по ядовитым магическим растениям. Глаза пажей в ужасе расширились — А что теперь с нами будет? Мы её ещё утром принесли… — Да ничего особенного. Сперва начнёт нестерпимо чесаться и зудеть кожа, потом она просто станет отслаиваться от мышц лоскутами, — упавшим голосом пояснила я, лихорадочно перебирая в голове есть ли в наличии все ингредиенты для нейтрализации этой дряни, и хватит ли времени для изготовления зелья. Пажи побледнели и принялись ощупывать свои лица. И тут у меня задёргался второй глаз вместе со щекой. На запястьях пажей, чуть высунувшихся из рукавов домашних курточек, я увидела характерные бледно-розовые пятна, похожие издалека на лишай. Только это точно был не лишай. Сомнений в этом не было. — Я так понимаю, вы вот этими голыми руками сперва серленум пересаживали, а теперь за лица себя трогаете? Пажи тут же отдёрнули руки и встали по стойке "смирно", хлюпая носами — Госпожа Ри, а что теперь с нами будет? Мы умрём, да? — Угу. Смертью лютой и страшной. От пожизненного стояния в углу и ежедневного мытья полов, — подумала я, но вслух ничего не сказала. Пока отвлекала их разговором, осторожно заключила серленум в кокон из нейтралей, а Тьмой начала незаметно выжигать его эфирные пары в помещении. В отличие от пажей, мне крупно повезло. Во-первых, повышенная сопротивляемость организма с ядам и иным отравляющим веществам, во-вторых, различные защитные заклинания, которыми я была увешана с ног до головы автоматически нейтрализовывали негативное воздействие серленума. Заметив, с какой скоростью наливаются цветом пятна на обоих пажах, мне не оставалось ничего больше, как кинуть в них заклинание стазиса и поспешить в лабораторию. По закону подлости одной нужной травки не оказалось в наличии. Пришлось в срочном порядке мчаться в лавку травника. Ну как мчаться, так, в два раза быстрее и чаще втыкать ноги и трость в заметённый снегом тротуар. Брать Грона и Скира было бесполезно, ибо улицы наводнили гуляющие и очень хорошо "отдохнувщие". Вытаскивать из-под копыт очередного "расслабившегося" в мои плане не входило. Зато хоть здесь удача была на моей стороне — хозяин лавки как раз на днях обновил ассортимент. Основательно закупившись, я подхватила огромный свёрток и вышла на улицу. Взгляд зацепился за лежащие на витрине магазина, что располагался на противоположной стороне улицы, мандарины. Ярко-оранжевые плоды так и манили. Я словно наяву почувствовала кисловато-сладкий вкус сока, брызжущего на язык при раскусывании дольки. — Купить что ли? Пажей порадовать, поди ни разу не пробовали… Особенно зимой, — мелькнула мысль в голове, а на языке снова возникло ощущение характерного сладкого, чуть с кислинкой, привкуса. — С другой стороны, от их очередной выходки седых волос на моей голове за последние полчаса явно прибавилось. Но ведь не со зла же… А исключительно по своей неосведомлённости и дурости. Ладно, перепутать серленум с ёлкой, но голыми руками добывать дерево! Нет бы перчатки или варежки надеть. Учу-учу, чтобы незнакомые предметы без защиты не трогали, а они… Р-р-р-р! Ладно. Куплю. Минута потерянного времени в сложившейся ситуации роли уже особой не играет. А я посмотрю, как они теперь ТАКИМИ своими руками их чистить будут! — я ехидно усмехнулась и перешла дорогу.

А ведь намеревалась остаток дня спокойно провести в библиотеке за чаем с пирожками и книгами. Воистину: захочешь рассмешить Вселенную, шепни ей о своих планах! В итоге пришлось побегать по городу, потом до поздней ночи варить мазь. Как я смогла себя побороть, чтобы не навтыкать обоим пажам фрагменты серленума во все доступные места — не помню. Видимо, сильно устала. Плюс спина ещё до конца не восстановилась после происшествия на Архельском мосту. Очень хотелось выдернуть из себя обломки позвоночника и вышвырнуть куда подальше, чтобы не бесил своим скрипом и переклинами, отвлекая от работы. Пока мазь остывала, пришлось тащить стазисных пажей в лабораторию, аккуратно испепелить на них одежду, чтобы ещё больше не повредить начавшую разъедаться соком серленума кожу. Потом я сняла стазис с Микки, вымазала его мазью с головы до ног и обратно и отправила ждать, пока занимаюсь Рикки.

В конечном счёте, мандарины чистила всё-таки я. Смола и сок серленума слишком сильно повредили руки пажей, в связи с чем пришлось в несколько слоёв обработать их мазью, которой ещё и обильно пропитала бинты. Со стороны выглядело так, словно на Микки и Рикки натянули гигантские белые перчатки великана. В принципе, можно было не заморачиваться и забинтовать их руки по типу варежки, но я не стала рисковать, опасаясь, как бы пальцы между собой случайно склеились в процессе регенерации. Именно в подобном своеобразном влиянии серленума на ткани, в том числе, в процессе регенерации, и состояло его коварство. Не так обработаешь или изолируешь повреждённые части тела и "привет" "неведомой зверушке" со сросшимися пальцами, приросшим друг к другу частям тела, а то и костям. Ни один хирург потом нормально разъединить "слипшееся во время регенерации" не сможет.

Пажи сидели на кухне в одних ночных сорочках, сложив забинтованные кисти на коленках и ели мандарины. Я снимала шкурку с сочных плодов и делила на части, которые по одной своими хвостами то Микки, то Рикки подхватывали с тарелки и отправляли себе в рот. Розовые мордашки пажей светились от радости. Они счастливо жмурились от удовольствия, раскусывая очередную дольку. Серленум хоть и не ёлка, однако немного радости и счастья всё-таки принёс моим чертяшкам. Да уж… Но с тех пор при любом упоминании о ёлках у меня начинался нервный тик…