Шрифт:
– Да, ты посмотри на неё, Рив! Красивая, как кукла. Эльфийка явная. И с кровью ведающих. Они всегда особенно для мужиков привлекательны... Тут у нас за такую бы передрались!
Рива хмуро усмехнулась:
– Не было бы её здесь, такой. Прибрал бы к рукам какой-нибудь высокородный... И ещё приберёт...
Глянула на Нел, остро и зло, словно ярясь на судьбу их женскую, общую... Нел оскалилась в ответ:
– Переломится любой высокородный, кто ко мне сунется! И волосёнки потеряет от нервов-то!
Рива усмехнулась в ответ:
– Мы тоже употребим этого "господина", когда понадобится... Почаще...
Глава 27.
Они, как оказалось, не растерялись, эти "птички". И употребили "господина" так часто, как только смогли.
Настолько часто, что господин потерпел полное фиаско... Хоть и пытался не с одной. Перебрал четырёх девушек, пока точно не уверился в том, что "не может" ровным счётом ничего... И никого не избил. Растерялся, наверное, от неожиданности и страха, что потерял своё главное мужское преимущество. Сбежал. Заплатил, кстати, всем четверым. Наверное, чтобы молчали о его позоре.
А они не молчали, конечно. Смеялись от души. Да, не одни, а с подружками. И из академии магии, в том числе... Те рассказали им, через некоторое время, что хоть их "весёлый" дом и был первым, Ельмин обошёл потом ещё несколько заведений в округе. И нигде не сумел получить своё.
Это звучало приговором. Для магистра... Может быть, он ходил ещё куда-то, куда Нел и Айса не дотянулись, но, даже если и так, вряд-ли это помогло ему... Пусть он и был первостатейным мерзавцем, но ведь и мужчиной же. А психика у них, в этом смысле, хрупкая. Он потерял уверенность в себе. И это потянуло за собой массу проблем...
Ельмин совсем потух. Он лишился последней, по сути, отдушины, которая помогала ему оставаться в своём уме и хоть как-то смотреть, и не сойти при этом с ума, на мерзавца Элвина, который всегда задвигал его и недооценивал, и на смазливого выскочку Лавиля. Его Ельмин ненавидел сильнее всех.
Мерзкий эльфийский смесок имел в жизни всё то, что должен был иметь он, Ельмин. Занял его место, хотя, какой из него декан! Втёрся в доверие к королю. Продвигает свои дикие, бредовые идеи, как будто кому-то есть дело до подыхающих бедняков!
И бабы от него приходят в неописуемый восторг. Всё, до одной. Хотя, не все... Мерзкая девица, которая как-то сумела то-ли отравить его, то-ли ещё что-то, не смотрит на смеска с придыханием. Ни на кого не смотрит. Потому, наверное, они и бегают за ней.
Ему бы порадоваться, что с этой студенткой ничего Лавилю не светит, но и этого он не мог. Его больному мозгу казалось, что отказывая декану, девица отвергает и унижает всех мужчин скопом, а значит, и его тоже. От этого он ненавидел её ещё сильнее. И желал укротить.
Да! Он хотел растоптать мерзавку! Чтобы она униженно умоляла его, чтобы сломалась. Когда он представлял себе эту картину, то в голове плыло и мутилось от вожделения. Странно даже, почему он не мог ничего. Может быть потому, что те бабы, не она?
И он смирился... Не получается, и не надо. Всё равно они, не она. У него всё получится, когда он заполучит ту девку себе. Тогда у него всё выйдет наилучшим образом. Он заберёт её себе, спрячет и будет навещать так часто, как пожелает. Когда девицу перестанут искать и история заглохнет.
Он наслаждаться будет каждый раз потом, когда будет видеть мерзкого смеска. Ведь это у него будет баба, которую тот не сумел заполучить... Месть! Сладкая месть всем им. Каждому!..
Ельмин планировал её, тщательно и скрупулёзно, свою великую месть. Искал союзников. И сидел так тихо, как только был способен. Чтобы никого не насторожить и не спугнуть.
***
Зря этот ненормальный считал, что никто понятия не имеет о его планах. Зная его, никто, в сущности, не сомневался, что Мерзкий Слизень готовит реванш. И каждый из наших знакомых готовился к нему по-своему, в меру сил и разумения.
Дастон следил за новой, в высшей степени отвратительной ему "игрушкой". Знал, что за шаги тот предпринимает. Все телодвижения Слизня были у него, как на ладони. Особое внимание он уделял тому, чтобы дурные подружки, желавшие осчастливить всех и вся, не столкнулись с Ельмином в "весёлом" доме.
Ельмин был бы, безусловно, счастлив тому, что девка пришла к нему своими ногами, и напрягаться не пришлось, а вот для Тал всё кончилось бы плохо... Дастон уже и оценивать перестал её поступки. Все эти: "она что, больная?", "где её инстинкт самосохранения?" и прочие этапы были давным давно пройдены.