Когда большинство эльфов разошлось, Кассил обратил свое внимание на его и Лию.

— Старейшина согласен поговорить с тобой, — Кассил скорчил довольную гримасу, — всего на несколько минут. В знак уважения к тому, что ты делаешь.

На укол Вэон не ответил. Его положение было слишком шатким, и он не решился злить эльфа.

Кассил тем временем подошел к Лие и взял ее за руку, чуть выше локтя. Причем мягко, словно бы он был на свидании и этим жестом пытался увести ее в какое-нибудь укромное местечко.

Вэону его прикосновение к девушке не понравилось, отчего ему захотелось хорошенько двинуть между глаз этому самодовольному эльфу. По глазам Лии читалось точно такое же желание.

— Девушку придется, как я и говорил, посадить под замок, — продолжил Кассил. — Сможешь навестить ее после аудиенции со старейшиной.

Закончив разговор, эльф потянул девушку в сторону, где находилось здание, которое использовалось, как тюрьма.

Девушка пошла с Кассилом с явной неохотой. В последний момент она бросила на Вэона взгляд, который читался как: 'Ты и вправду позволишь им меня отвести в тюрьму?'.

Но вслух ничего не сказала, а лишь покорно пошла за своим конвоиром.

Единственное, чем он мог ей помочь — поговорить с глазу на глаз со Старейшиной. И сделать это раньше, чем в зал совета вторгнется Кассил.

От одной только мысли у него скривилось лицо. Разговор будет не из легких.

Ободряюще вздохнув, Вэон торопливо направился в сторону Зала Советов.

***

Марджори поджала ноги к груди и низко наклонила голову, так что она касалась подбородком коленей. После долгой прогулки у нее жутко болели ноги и ломило спину, а на холодном полу камеры особенно не отдохнешь. Карл сидел рядом так, что его рука касалась плеча девушки. Таким образом, они хоть как-то согревались, благо в камере было сухо, а то согреться было задачей практически невыполнимой.

Когда они вместе с эльфами зашли в город, Марджори в первую очередь начала рассматривать дома, что находились поблизости, слегка приоткрыв рот, словно ребенок. Но радость и восторг от увиденной красоты быстро закончился, когда долговязый и очень худой эльф отдал приказ страже схватить ее и Карла и отвести в тюрьму. Тэмиен пытался что-то объяснить ему на эльфийском наречии, но тот его даже не слушал, а лишь отмахивался, как от назойливой мошкары.

Не прошло и нескольких минут пребывания Марджори и Карла в городе эльфов, как их тут посадили под замок. И теперь она сидела и обдумывала происходящее, пытаясь хоть как-то забыть про неприятную боль в спине и ногах.

От раздумий ее оторвал скрип двери. Их с Карлом ослепил свет, попавший внутрь тюрьмы через проем. Глаза Марджори быстро привыкли к свету, и она увидела, как на площадку перед камерой вышел знакомый им высокий эльф. Открыв дверь нараспашку, он потянул за собой кого-то внутрь.

— Лиа? — спросила Марджори, узнав вошедшую следом за эльфом девушку.

Не то чтобы она удивилась ее появлению, но она искренне предполагала, что Лиа направиться прямиком к совету вместе с Вэоном.

Эльф открыл дверь камеры и подтолкнул ее внутрь. Замкнув замок, он прошелся по девушке долгим взглядом.

Марджори заметила, как вспыхнули в его глазах угольки. Эльф, имени которого она не знала, пробормотал что-то на эльфийском языке, прошелся взглядом по остальным людям и ушел, не забыв закрыть за собой дверь.

— Лиа, — позвала девушку Марджори. — Что происходит?

Несколько секунд она молчала, потом ответила:

— Ничего такого, чего я не ожидала.

Охотница развернулась, направилась вглубь камеры и села рядом с Марджори.

— Насколько я поняла из всего того, что происходит, — продолжила Лиа, — переговоры пойдут не так гладко, как хотелось бы. Эльфы на контакт идут хуже, чем я предполагала.

— А где Вэон?

— Думаю, разговаривает со Старейшиной.

Марджори наклонилась и заглянула Лие в глаза:

— Он сможет нас высвободить? — в голосе девушки звучала надежда. — Ведь так?

Лиа тяжело вздохнула и закрыла глаза. Ее лицо выглядело не просто уставшим, а каким-то изнуренным.

— Не знаю, Марджори. Будет просто отлично, если сможет.

Некоторое время они сидели молча. С улицы через небольшое оконце с ладонь шириной и пол-ладони высотой доносились разговоры и скрип телеги. Сколько бы Марджори не вслушивалась, а знакомый с хрипцой голос она не слышала.

— А что насчет Этельгара? — быстро спросил Карл, вспомнив об одержимом. — Вы его видели?

На лице Лии отразилось смятение, насколько могла судить Марджори в полутьме камеры. Она повторила позу Марджори. Упершись в колени подбородком, рассматривала решетку камеры и находящуюся за ней дверь.

— Нет, — ответила Лиа. — Я практически сразу потеряла связь с ним. Так что прогулка по лесу оказалась абсолютно бесполезной.

— И что теперь будет?

Марджори не хотела знать ответ на свой вопрос, но поняла, что уж лучше она будет знать правду, нежели вздрагивать от каждого шороха и треска. Она видела на лесопилке, что делал одержимый с людьми, и прекрасно понимала, что им навряд ли повезет избежать той же участи. Особенно им троим, запертым на замок в маленьком домике.