— Все сроки летят, — расстроился Вепрь.

— Хорошо, что летят сроки, — возразил Медведь, — а не головы.

— Так, стоп, — Вепря посетила внезапная мысль. — А как Бронислав совладал с нашими зверушками? Их разве не выпустили в критический момент?

— Кто ж это сейчас узнает, — хмыкнул Медведь. — Но птичка на хвосте принесла, что хищников порубил в капусту молодой послушник в серой рясе.

— Что? — опешил Волк. — Какой ещё к хренам послушник?

— Семинарист, — наслаждаясь произведённым эффектом, ответил Медведь. — Некто Ростислав Володкевич. До поступления в духовную семинарию — заштатный граф без влияния и особых способностей.

— Из нашей губернии? — переспросил Зубр.

— Где-то под Туровом живёт, — пробурчал Медведь. — Сын пирокинетика.

— Хрень какая-то, — не выдержал Волк. — Это невозможно.

— Но это факт, — в голосе Медведя прорезался металл. — А с фактами спорить бесполезно.

Я отвлёкся от штудирования учебника по психологии отступников, когда зазвонил телефон. Слуг у нас не было, и дворецкий не мог поднять трубку, взяв удар на себя. Варя под усиленной охраной отправилась в Черновирье — проверить какие-то финансовые бумажки.

Да-да, у нас появилась усиленная охрана.

Как только я подписал контракт и отправил первый транш, мои новые партнёры в Эстляндии взялись за дело. Бодренько так взялись — буквально за сутки перебросили в имение всё необходимое, подключив собственную авиацию. Разгрузились в аэропорту Турова, и уже оттуда по трассе добрались до моей усадьбы. Всё было проделано быстро и чётко, словно ЧВК — это безотказный швейцарский механизм.

Сейчас неподалёку от моего дома вояки разворачивали ангар. Ладно бы, только его… Ударными темпами возводился миниатюрный военный городок. «Черепа» собирали дома из привезённых модулей, монтировали вышку радиосвязи, намечали периметр и делали кучу других операций, за которыми я и уследить толком не успевал. Наблюдая за всем этим, проникался невольным уважением к основательности наёмников. Если бы отец с его ресурсом уделял столько внимания обороне, то и сейчас раздражал бы меня своим существованием.

Звонил Бронислав.

— Как жизнь? — невинно поинтересовался наставник.

— А вы с какой целью интересуетесь? — задаю встречный вопрос.

— Соскучился, — не задумываясь, соврал инквизитор.

— Ты ещё утром мутузил меня в яме, так что завязывай. Лучше сразу говори, что стряслось. Монстры прорвались в империю и жрут крестьян? Отступники устроили революцию и грохнули императора? Тайная секта сместила тайное правительство Земли и получила доступ ко всем секретным секретам?

— Хуже, — посерьёзнел наставник. — Мы с тобой приглашены на приём.

Я чуть не подавился остывшим чаем, который заварил себе полчаса назад.

— Чего?

— Вдохни, — потребовал учитель. — Выдохни. У меня два официальных приглашения на ужин от Глинских. Отказаться, к сожалению, нельзя.

— Глинские? — я напряг память.

— Древние боги! — в сердцах воскликнул каратель. — Кто из нас туровский аристо, я или ты? Да, Рост, Глинские! Влиятельный княжеский Род, могущественные магнаты, правящее ядро Дома Рыси. Ближайшие соратники Владимира Сапеги, если что.

— Спасибо, что просветил.

Владимир Сапега был лидером клана Рысей, и его Род, вне всяких сомнений, определял внутреннюю политику на западе империи. У меня, правда, в голове не укладывается, за каким демоном эти высокопоставленные особы решили затащить на приём двух скромных инквизиторов. Свой вопрос я адресовал Брониславу.

— Это из-за недавнего рейда, — нехотя признал учитель. — Слухи расползлись по Турову. Склад, где хозяйничал Адельберг, находился в зоне ответственности Глинских. Мне передали, что глава княжеского Рода был крайне возмущён работой службы безопасности. Полетели чьи-то головы. А в нас видят чуть ли не спасителей его вотчины, ведь если бы твари вырвались наружу, то принесли бы немалые разрушения.

— Он что, владеет тамошними предприятиями?

— Не всеми, но многими, — подтвердил Бронислав. — И, к слову, в окрестностях склада находится крупный завод по производству бытовой техники. Кажется, «Техномир».

— Стиралки с вертикальной загрузкой.

— Да у них много всего, даже телеки и кофеварки.

— Получается, мы спасли этого упыря от разорения?

— Разорение — громко сказано. Для Глинских бытовая техника — капля в море. Но убытки они понесли бы знатные. И репутационные в том числе.

— Понятно. Но мы же инквизиторы, у нас свои дела. Шли этого магната лесом, я занят.

— Чем, если не секрет?

— Учебником по психологии.

— Придётся отложить.

Начинается.

— Так, — происходящее мне совсем не нравится. — И где моя автономия?

— Не распространяется на случаи, когда от твоих действий зависят общие интересы, — отрезал учитель. — Инквизиция придерживается политики сотрудничества с властями, если это не противоречит Кодексу. Власть в Турове — это клан. Рыси хотят отметить наш подвиг, этот приём в честь нас и организован.