Войска германцев, конечно, заняли практически весь южный берег Эльбэ, перебрались выше по течению на северный и даже выдвинулись на окружение, но получили ощутимый удар с двух сторон с неподконтрольной территории и были вынуждены отойти к укреплённому участку. Таким образом, чтобы взять Хамборг в осаду, необходимо потеснить данов на севере, иначе у последних была слишком большая свобода для ударов с двух сторон.

Мы получили довольно много информации о нашей цели. Как оказалось, толстяк маг под стенами Шверина и был наследным третьим принцем Имперского престола, Реусом фон Виттельсбахом. Он хорошо продемонстрировал свои силы в том бою. Если бы удалось взорвать стены, уверен город был бы взят, а половина армии даном была бы уничтожена. Но они нарвались на одного неумелого дурака в теле мага, который помешал этому плану. Бывает!

Сейчас Реус переместился к Хамборгу. Причины мы не знаем, но баронесса Мальтцен знает о его местоположении, потому что договорилась об аудиенции принца, пообещав и дальше снабжать меня информацией и помочь с возможностью оказаться в ближайшем кругу жениха. Я так и не понял причину, по которой Джолента рассматривает такой выход из своего возможного замужества, но вдаваться в детали пока не рискнул. Мне оно надо? Вообще надо, иначе могу попасть в печальную ситуацию, но пока что так, что так - нужно оказаться ближе.

Реус Фон Виттельсбах обитал ныне в небольшом поселении Верендорф, милях в трех от Хамборга. Место было малолюдное, зато там находилась резиденция каких-то родственников семьи, которые предоставили её для временного проживания принца. Нам так близко появляться было опасно, потому Ида решила познакомить меня со своим прошлым, предлагая остановиться у знакомой в Розенгардене.

– Вспоминая твоё одеяние в нашу первую совместную ночь…

– В первую совместную ночь ты улёгся спать отдельно. Отдельно!

– Я тебе говорил, что у тебя довольно скверный характер?

– Зато внешне хороша.

– И воспитание… специфическое, о чём я вообще-то и вёл речь.

– Пф.

Ида любила в разговоре обменяться любезностями, но обиды за ней не замечал.

– Так вот. Ты уже поняла, что я ожидал чего-то подобного, и публичному дому не удивлён.

– Но? Будет же, но?

Понравилось ей со мной языком чесать, а ведь была такая неразговорчивая.

– Но я не ожидал, что публичным окажется целое поселение!

– Тут я тебе ничего сказать не могу, так уж вышло.

– А ещё ожидаешь от такого места куда больше… грязи, во всех смыслах.

– Тут и такое было, - девушка хищно улыбнулась, - но удалось навести порядок.

– Вот как, значит. Ты трудилась на благо увеселительного заведения в таком качестве уже с малых лет? Наверное, я не все твои таланты ещё видел?

Ида шла передо мной, потому я дырявил ей взглядом затылок и не мог раздражать её своей широкой улыбкой.

– Слушай, Альберт, давай мы уже доберёмся до Сильвии, и она тебе всё прояснит, из меня рассказчик такой себе.

– Найдём её здесь?

– Должны.

Что меня изначально так поразило в Розовом Саду, кроме странного названия, это необычность застройки. По размеру поселение имело с полсотни домов, но располагались они плотно, как в городе, и типажа были похожего: каменные небольшие строения в несколько этажей с небольшими придомовыми участками. Крупные, но уже блочные каменно-деревянные строения были в центре, расположенные вдоль центральной улицы и все представляли собой разного типа увеселительные заведения. Была всего лишь одна гостиница без дополнительных услуг, но моя женщина веско указала жестом двигаться дальше.

Удивляла чистота и порядок на улицах. Когда был в теле Юргена в Шверине, проходил мимо знакомой по воспоминаниям старого вояки Разгульной Усадьбы, такое название приобрёл просторный дом в три этажа на краю города возле северной стены. Там даже днём были заметны глазу и слуху следы нечистоплотных и нескромных в поведении людей.

Думаю в Розенгардене скромников тоже мало, но на всеобщее обозрение поведение выходящее за нормы нравственности не попадает. Я бы сказал, что здесь вообще куда приятнее находится, чем на большинстве улиц городов, в которых я бывал, даже центральных.

– Голову пригни, вымахал, - бросила едва обернувшись мой крутобёдрый проводник.

– Спасибо.

Мы въехали в поселение с юга, проехали его практически целиком и остановились у похожего на другие здания в три этажа в обычном городском стиле - из го… и палок, то есть глиняного кирпича и деревянного бруса, снаружи покрытого побелкой с примесью розоватого цвета.

Лошади остались снаружи. Молодой парень присматривал за коновязью, с Идой он поздоровался, но без особой теплоты. После невысокого по меркам Петра входа первое помещение сразу же давало понять, что невзрачная внешняя отделка нисколько не соответствует внутренней роскоши.