Макс на заднем плане начал мне жестикулировать, мол, что не стоит прерывать Нику, пусть договорит, но я сделал вид, что не заметил. Ника слегка покраснела, возможно от недовольства.

– Ещё раз, пожалуйста, я не могу давать материал, если буду отвлекаться, проще будет задавать ваши вопросы в конце. Запишите ваш вопрос или запомните его. Прошу вас!

– Я думаю это не только мне интересно… - Моё поведение было просто отвратительным, но я не мог остановиться. – Дело в том, что вы и Максим Сяолунович очень много ходите вокруг да около…

Где-то с задних рядов послышалось одобрительное «вот-вот».

– Дело в том, что нам необходимо продолжать работать, ну или хотя бы грамотно отчитаться, ведь на инструктаж отведёны всего два часа времени, мы же здесь находимся больше двух с половиной, не видно ни конца, ни края…

Ника подняла на меня глаза полные ярости.

– Вы считаете, что инструктаж по безопасности – это не такая важная часть рабочего процесса? Думаете можно этим пренебречь?

– Я думаю вы могли бы сократить свою речь как минимум вдвое… К чему, например, мне – обычному фельдшеру неотложки на полной ставке, знать устройство ЦКК, а также научные достижения, к которыми вы имеете непосредственное отношение? Да, я понимаю, что вы хотели бы продемонстрировать вашу значимость в этих вопросах, я ни в коем случае не принижаю достижения наших замечательных учёных… Но… Может быть больше слов по делу?

В этот момент она повернулась к Максу, всучила ему бумаги, бросила в зал: «В таком случае, я закончила, спасибо». После чего быстрыми шагами почти выбежала. Макс глядя на меня одуревшими глазами, покрутил у виска.

* * * * *

Среди ночи поступил звонок, который я надеялся никогда не поступит. Чёрт меня дёрнул поднять трубку с неизвестного номера.

– Да, слушаю.

– Сменил номер, уехал в Елльск, не звонишь, не пишешь и даже не вспоминаешь? Так не поступают со старыми друзьями, мой дорогой.

Я сразу же узнал этот говор, и мне не понравилось то, что я услышал.

– Вы ошиблись номером, всего хорошего.

Я сразу же вырубил мастерфон и не включал его до утра, надеясь, что проблема рассосётся как-нибудь сама собой. Но наутро я увидел с десяток текстовых сообщений, все примерно одного содержания. Я заблокировал все номера и удалил переписку. Стало немного легче. Сюда он добраться точно не сможет, объект режимный. Но как он узнал где я – загадка. Скорее всего кто-то подсказал. Может быть выудил информацию с моей прошлой работы? Впрочем, какая разница…

Наблюдая за едва появляющимся из-за горизонта солнцем, я скуривал одну сигарету за другой. В один момент пачка закончилась, а я даже не заметил этого. Чертыхаясь, я швырнул её в стену, посмотрел на часы и понял, что Елльск просыпается только через часа четыре, не раньше. До этого момента достать сигареты я могу лишь вскрыв и ограбив магазин. Либо... Позвонив Юрику.

– Алло! Юрик!

– М-м, да, что? Гришань... Почему в такую рань? Я сплю вообще-то...

– Может курнём, братишка?

На том конце повисла тишина, он явно был не против и пытался разобраться, чего ему хочется больше спать или курить.

– А ты умеешь выбирать время... Гришань, братик, я только с дежурства, глаза слипаются.

– Ты же сам мне рекомендовал закинуться амфетамином для бодрости.

– То по работе, а сейчас то зачем?
– Я услышал, как он ворочается в постели.
– Ладно, заваливай, что-нибудь придумаем...

Через десять минут я уже был у него в гостях, мы сидели на кухне и Влад выглядел совсем уж убитым. Дежурство было тяжёлым.

– Только привыкаешь...
– Он потянулся и зевнул.
– К размеренному ритму работы, как начинается полная жесть.

– Что там?

– Да вызовы вчера были один за другим.
– Влад закурил и плюхнулся своей костлявой задницей на кухонный стул.
– Уж не знаю, но судя по всему запускали Сферу... Думается мне не к добру всё это.

– А что со Сферой?

– Ты не слушал Касьянову?
– Он кашлянул и протянул мне косяк.
– Хотя я всё время забываю... Ты наверное представлял её обнажённой, как она ныряет в бассейн, едва покачивая своими прелестными бёдрами, хорошенькой небольшой грудью...

– Звучит так, как будто это ты её представлял.

– Не исключено... Но мне это не мешало слушать.

Повисла пауза, как будто он сказал всё, что хотел, а я затянулся в себя и долгое время не выпускал дым. Потом настал момент пика, горло начало драть так, как будто я выпил этилового спирта, и я прокашлялся так, что аж схаркивать пришлось. Какое же забористое у него дерьмо...

– Что со Сферой?

– Сфера... Сфера... Не знаю, брат, не нравится мне всё это. Мы буквально плюём на основы мироздания. Сфера Оленковского - это портал в ад, не иначе. Нельзя познать непознаваемое. Даже стремиться туда нельзя. Надо это всё демонтировать и закопать… А лучше взорвать. – Он сделал паузу. – Да, взорвать.