– Аналогичный вопрос и тебе. Хотел уже идти за тобой. Опередила буквально на минуту.

– Ты знал, что я не сплю?
– искренне удивляюсь я.

Марк усмехается, как будто я спросила у него такую чушь.

– Лина, - Марк затягивается сильнее.
– Даже если ты за стенкой или в другом городе. Да хоть в другой стране, это не значит, что я не понимаю, что с тобой происходит. Здесь на самом деле отличная шумоизоляция, но твои шаги я ощущал, как будто ты вот прям здесь.

Сядь уже. И если решила напиться чаю, могу предложить чего — нибудь покрепче.

Только сейчас я заметила, что Марк сидит и пьет коньяк.

– Как на счет составить компанию своему… другу?

– Нет, Марк. Если выпью, точно завтра буду разбитой весь день. Вернее уже сегодня. А мыслить мне нужно здраво.

– Я вообще — то предлагал для храбрости. Но в принципе не настаиваю.

Марк снова наливает себе полный стакан и залпом выпивает.

– А как же ты?
– рукой показываю на его поздний ужин, состоящий из алкоголя и никотина. Марк так пытался накормить меня вечером, хотя сам к еде и не притронулся абсолютно.

– А что мне будет, Лин? За меня можешь не переживать. Это так… Просто у тебя завтра встреча с сестрой. Ты хоть понимаешь, насколько тебе будет сложно? Сколько бы ты чего не думала, чтобы не хотела ей сказать, в результате все будет совсем по — другому.

Ты можешь ее ненавидеть, презирать, желать даже сдохнуть в муках. Но стоит тебе ее увидеть, Лин… Перед глазами будет не она, а твой — ваш отец. Забудь все, что думала раньше о ней.

Итог вашей встречи будет непредсказуемым для всех.

– С чего ты так решил?

– Потому что такие, как ты, не могут ненавидеть. Такие, как ты, Лина, прощают все и всех. Я думаю, мы оба понимаем о ком речь.

– Марк… - я кладу свою ладонь поверх его и ласково глажу. Когда поднимаю взгляд, замечаю в глазах Марк затаившиеся слезы. И я точно знаю о ком они.

– Не надо, Лин. Что сделано, то сделано. Я… Я … Черт возьми!
– Марк убирает свою ладонь и взъерошивает свои непослушные волосы.

Я не жалею. Нет.
– пытается он сам себя убедить. Мы так и не говорили ни разу об Олеге с того вечера.

– Марк… - но он показывает рукой, что мне лучше помолчать.

– Я так скучаю по нему, Лин. Просто пиздец. Но выбора не было. Не было, блядь!

– Это все из — за меня.
– уверенно произношу я.

– Да причем ты тут, Лин. Дело вовсе не в тебе!
– Марк срывается с места. Подходит к окну и, облокотившись о подоконник, шумно дышит.
– Я бы никогда конкретно из — за тебя не пошел бы против брата.

Я смотрю на него, хоть он и не видит меня. Не понимаю. Марк как будто хочет что — то рассказать, поделиться со мной. Но борется сам с собой.

– Тогда почему? Почему?
– повторяю после паузы.

Марк отталкивается, подходит ближе, забирает недопитую бутылку и собирается выйти на улицу.

– Забудь, Лин. Сегодня просто очень насыщенный день. И вечер поэтому посвящен воспоминаниям. Сегодня можно. Можно помянуть брата. Ему, кстати, на днях было девять дней.

Сомневаюсь, что кто — то вспомнит про него, кроме меня. Но даже я не мог в тот день помянуть, как следует. Зато на следующий поехал к проклятой десятке. Тебе бы, наверное, понравилось посмотреть. Ничего не осталось от нее и камня на камне.

И Экватора нет, нет ни одного борделя. Ничего, чтобы напоминало о брате. Как будто его и не существовало никогда. Нет ни малейших признаков, ничего, чтобы напоминало об его империи. Все, кто остался, разбежался кто куда.

Но со мной остались самые преданные, те с кем начинали, когда у нас еще ничего за душой не было. Были только стремления и желания. Мечты брата быть на самом вверху. А теперь тишина.

Его боялась каждая собака, боялись вслух его имя говорить. Зато сейчас уже есть очень смелые людишки.

Марк пьет уже с горла. А через минуту грустно добавляет:

– Он мне снится, Лин. Почти каждую ночь. Но знаешь, что самое страшное в этих снах. Он не ненавидит меня. Наоборот, улыбается, хочет обнять, как всегда, навешать тумаков. Мне кажется, я проснусь, а он жив.

Я даже его номер не могу удалить с телефона. Не могу убрать ни одного его сообщения. Когда есть свободная минута, я просто слушаю его голос, Лин. Может быть я уже с катушек слетел?

– Марк, просто времени мало прошло. В этом все дело.