Она в безопасности. Она борется.

И я убью этого ублюдка!

— Я держу тебя, Дикая кошка.

Ее тело расслабляется рядом с моим. Адреналин, жажда борьбы покидают ее.

— Я держу тебя. — Шепчу я снова.

— О, Боже, — всхлипывает она. — Ашер! — Она вырывается из моих объятий, и я наблюдаю, как она забегает за стойку и падает на пол. У меня нет времени спросить ее, все ли с ним в порядке, потому что я вижу, как этот ублюдок, который пытался причинить боль моей женщине, начинает вставать.

— Я, блядь, так не думаю. — Я не убираю пистолет от его головы, когда бросаю через плечо Ди, чтобы она позвонила в 911. — Кто ты, блядь, такой?

Он не шевелит ни единым мускулом. Ничего, но его глаза сужаются.

— Я не буду спрашивать тебя снова. Ты пришел в мой дом, ты прикоснулся к МОЕЙ женщине, и я даже не знаю, что, черт возьми, ты сделал с моим другом. Мне не будет трудно всадить чертову пулю в твой гребаный череп и использовать это в свою пользу, так что, черт возьми, не испытывай меня. Кто. Ты. Такой?

Его улыбка становится шире, прежде чем он произносит:

— Нико Слейтер. Твоя женщина чертовски восхитительна.

Он облизывает губы, и мне даже не приходится долго раздумывать. Я стреляю и улыбаюсь, когда его отбрасывает назад от силы пули, попавшей ему в плечо.

— Не морочь мне голову. — Я подхожу к его увядающему телу и встаю над ним. — На кого ты работаешь?

Он плотно сжимает губы и с гримасой отводит взгляд.

— Отвечай мне!

Он не произносит ни слова, поэтому я поднимаю ногу в ботинке и прижимаюсь к его кровоточащему плечу. Вой, который он издает от боли, вызывает у меня улыбку.

Я наклоняюсь и прижимаю пистолет к его лбу.

— На. Кого. Ты. Работаешь? — С каждым словом, которое я произношу, я ударяю его по голове стволом своего пистолета. Может, он и крутой маленький засранец, но нет ничего страшнее, чем когда тебе в голову направляют заряженный пистолет.

— Доминик Мерфи.

Что, черт возьми, он говорит?

— Ты шутишь?

Он качает головой и стонет, когда я сильнее прижимаюсь к его плечу. Дом Мерфи был в поле нашего зрения с тех пор, как мы создали «Службу безопасности Корпуса». Ни для кого не секрет, что он замешан практически во все грязные дела, которые только можно найти на Юго-Востоке. Особенно в Атланте, но там никогда не было ни единой ниточки, которая связывала бы его с чем-либо. По сути, он призрак, за которого правят маленькие козявки, пока он сидит, сложа руки, как король.

— С таким же успехом вы можете убить меня. Я все равно что мертвец.

— Я бы не доставил тебе такого удовольствия, ты, больной ублюдок. — Я отвожу свободную руку и наношу удар ему в висок, от которого у него закатываются глаза. Гаснет, как свет.

Засовывая пистолет обратно в кобуру, я подхожу к Ди, которая сидит на полу, положив голову Ашера себе на колени. Она просто проводит рукой по его волосам и что-то тихо шепчет ему. Его глаза закрыты, но могу сказать, что он в сознании.

— Подожди, детка. — Я выбегаю из кухни в гараж, хватаю веревку с одной из полок и быстро возвращаюсь в дом, чтобы крепко свяжи этого ублюдка Нико. Он даже не вздрагивает, когда я швыряю его связанное тело к стене.

Повернувшись, я бросаюсь обратно к Ди.

— Ты в порядке? — Я осматриваю ее, чтобы убедиться, что нет ничего срочного.

— Я в порядке. В порядке.

Она поднимает голову, и когда я встречаюсь с ней взглядом, я понимаю, что она права. Она явно потрясена, но в ее глазах нет ничего, кроме облегчения.

— Я действительно в порядке, Бек. Немного напугана, сильно потрясена, но я не собиралась позволять этому засранцу победить.

— Ты молодец, большая умница. Черт, Ди, я думаю, ты отняла у меня десять лет жизни, когда я вошел и увидел, как ты дерешься с тем парнем!

Ашер издает какой-то звук и открывает глаза.

— Может, вы оба заткнетесь? У меня болит голова. Я больше никогда не буду пить.

Не проходит много времени, как в воздухе раздаются звуки сирен. Ашер уже стоит на ногах и угрожает убить Нико, который все еще лежит без сознания, прислонившись к стене.

— Этот придурок-сосунок ударил меня. У него даже не хватило духу пригласить меня на драку по-мужски. Нет! Он просто подождал, пока я повернусь к нему спиной, и ударил меня. Пусти меня к нему.

В какой-то момент мне приходится вытолкать его из комнаты, потому что он не перестает кричать на полицейских, чтобы они повернулись и позволили ему закончить начатое.

— Успокойся, Эш. Он не заслуживает быстрой смерти. Пусть он засадит свою задницу в тюрьму и порадует какого-нибудь здоровенного придурка новой маленькой сучкой.