– Дерзай, – сказал он, и я завязала галстуком его глаза. Затем встала, вернула назад бретельки платья и подобрала с пола брюки, боксеры и обувь.

– Не подглядывай, я люблю честную игру.

– Знаешь, а я ведь думал, ты не решишься, раньше ты тени своей боялась, – говорил мужчина в одних носках, с эрегированным членом, завязанными глазами, сидящий в плетеном кресле.

Но зачем мне его слушать? Очевидно, что у него проблемы с головой.

– Новая Кирби, ты не забыл? – Я подхватила его рубашку и выбежала с балкона. – И, как ты и просил, она показывает тебе, на что способна. – Я закрыла стеклянную дверь и сразу же заперла его. Уилсон сорвал галстук с глаз, подорвался с кресла и в два шага оказался у двери, но не смог ее открыть. Он оглянулся и обнаружил, что вся его одежда исчезла, а затем увидел эти тряпки в моих руках. Синие радужки стали почти черными от ярости, пугая меня до чертиков.

– И что все это значит?

– Хорошего вечера, Рэй, – бросила я, скорее направляясь к лестнице.

Раздался громкий стук, стекло задрожало, но выдержало удар капитана «Королей».

– Твою мать, Стоун, открой гребаную дверь, иначе ты пожалеешь!

Не оборачиваясь, я показала ему средний палец, а затем, заливисто рассмеявшись, спустилась по лестнице. Адреналин струился по моим венам, я чувствовала себя победительницей, пока у выхода не влетела в широкую грудь парня в черной рубашке. Я не успела увидеть его лица, но на меня уже будто опустилось огромное темное и тяжелое облако, парализуя, словно яд самого опасного на планете паука. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, обнажая бронзовую кожу и обилие черных рисунков. Сглотнув, я медленно подняла голову, моментально сжимаясь от взгляда черных глаз.

Он был огромным, устрашающим и смотрел на меня так, словно являлся наемным убийцей, чьей новой целью была я.

Разве можно было его не узнать? Здоровяка, внешне напоминающего Годзиллу, звали Даллас Белл, он играл с Уилсоном в одном клубе на позиции защитника, а еще был другом жениха.

– Я знаю только одного человека, который может купить уродливые туфли из кожи питона. Это одежда Уилсона. Где он? – игнорируя приветствия, спросил он.

Вполне симпатичные туфли. Из последней мужской коллекции «Армани».

– Отдыхает на втором этаже.

– Значит, ты украла его тряпки?

Я глупо рассмеялась, стараясь погасить странное ощущение волнения перед этим человеком. Даллас Белл был психопатом, все это знали.

– Нет, он пролил текилу на одежду и попросил меня как-то уладить это.

– И на туфли тоже?

– Угу.

Даллас нахмурился, кажется, он совсем не верил мне. Мускул на его лице дернулся, а затем он кивнул:

– Ладно.

Белл прошел мимо меня, а я оказалась на крыльце. Стерев с лица блаженную улыбку, я швырнула вещи Рэя в кусты у выхода и провела ладонями по бедрам, поправляя платье.

– Полагаю, именно там находится прачечная.

Я взглянула на Далласа через плечо:

– Конечно, а ты что подумал?

Я ожидала, что после такого Белл явит мне свою истинную натуру. Они с Уилсоном лучшие друзья, не может же он спустить мне подобное с рук? Однако ничего не произошло, за исключением того, что уголки его губ поползли вверх.

– Я предупреждал его, что однажды произойдет нечто подобное.

Сунув руки в карманы брюк, он направился вглубь дома.

Я ухмыльнулась и отыскала взглядом Перри, затем направилась к ней.

Уилсон не имеет надо мной власти, потому что теперь власть в моих руках.

***

– Изумительно, – простонала я, поедая свадебный торт и пританцовывая под очередной трек из плейлиста Митчелл. Я пыталась отвлечься, не думать о маленькой шалости и большом члене Уилсона, но все было тщетно, взгляд постоянно останавливался на мраморных колоннах у входа. Я ожидала, что он вылетит из дома и мгновенно прикончит меня. Уилсон казался ловеласом с добрым сердцем, но я знала его лучше других: у капитана «Королей» была черная душа, он не любил проигрывать и тем более ненавидел выглядеть дураком. Ах да, и сердца у него не было. Получается, я выбила два яблочка из двух.

– Пойдем, сейчас будет салют, – сказала Перри, обнимая меня за талию.

Люди устремились на задний двор – как раз на ту сторону, куда выходил балкон. Я с трудом подавила улыбку, когда поняла, что Уилсону придется лечь на пол и пролежать там минимум двадцать минут, чтобы его не было видно.

Так ему и надо!

Я была довольна собой.

Мы вышли на задний двор, и я машинально бросила взгляд на балкон. Земля под моими ногами дрогнула.

Да вы издеваетесь!

Этот извращенец даже не прикрывал свое достоинство, стекла у балкона были матовые и полупрозрачные, но то, что Рэй был сильно одарен ниже пояса, видели все. И вместо того, чтобы прикрыть свое причинное место, он вальяжно курил и, облокотившись на перила балкона, задумчиво поглядывал вдаль.

Где он взял сигареты? Должно быть, кто-то из гостей оставил их на столике у выхода.

– Уилсон, какого черта? – прокатился громом голос Пауэлла.

– Закат сегодня потрясающий, – ответил Рэй, чем вызвал волну хохота в толпе. Каждый смотрел на капитана «Королей». Спасибо Вселенной, что на празднике не было детей, не считая, конечно, Джой.

– Черт, кэп…

– Прикрой яйца, Уилсон!

– Достойный подарок от капитана. – Хоккеисты не унимались, ситуация веселила их. Чего нельзя сказать о девушках, ведь все они, мечтательно вздыхая, смотрели на этого придурка. Я чувствовала тошноту, поступающую к горлу. Уилсон даже минуту позора способен превратить в свой триумф.