– Может, потанцуем? – Его рука заскользила выше, пока не остановилась под коленкой. Затаив дыхание, я наблюдала за его пальцами, татуировкой ласточки на запястье и крупными венами на тыльной стороне ладони, а когда он остановился, взглянула в его глаза. Игривость в них смешалась с влечением, и это был ответ на мой вопрос – Рэй по своей натуре хищник, он вступил в игру, а я его новая жертва.

Губы дьявольского искусителя изогнулись в победной улыбке, ведь он умел читать меня гораздо лучше остальных. Это моментально отрезвило меня. У него нет причин любезничать со мной. Азартен на льду, азартен в жизни. Я посягнула на его иллюзию о собственной неотразимости, и он пойдет на все, чтобы доказать, что я не права, а он все еще имеет власть надо мной.

Не имеет. Больше нет.

– Я так много танцевала, что сейчас у меня болят лодыжки, ты не представляешь, какая это невыносимая боль, – пробормотала я, дергая плечом так, чтобы тонкая шелковая бретелька упала с него, сильнее оголяя край моей груди. Его взгляд моментально замер на открытом участке кожи.

Я медленно вернула бретельку на место и улыбнулась. Рэй не знал, что за те восемь лет, что мы не виделись, я сильно изменилась. Его игры больше не проблема для меня.

– Упс, вечно она спадает.

– Если ты в поисках развлечений, то могу их предоставить.

Мой взгляд замер на его губах, и сердце в груди ускорилось. Я все еще помню их вкус и прямо сейчас поймала себя на мысли, что хочу попробовать их снова.

– Рэй «парк развлечений» Уилсон, ты мне совсем не нравишься.

– Разве это как-то помешает тебе выкрикивать мое имя ночью?

– Боюсь не выдержать конкуренции. Очевидно, что ты из тех парней, которые во время секса выкрикивают свое имя сами.

Я ожидала, что это выбьет из равновесия изворотливого капитана «Королей», но просчиталась, ведь в следующее мгновение на его губах заиграла самоуверенная улыбка. Я так долго смотрела на его лицо, что мне пришлось дать себе мысленный подзатыльник и напомнить, что я единственная девушка на планете, которая никогда не падет к его ногам.

Уилсон допил порцию текилы и зачесал назад непослушные волосы, второй рукой продолжая поглаживать меня под коленкой, а я не противилась, ведь, околдованная атмосферой вечера, тоже почувствовала жажду.

Жажду мести.

– А знаешь, почему ты отказываешься? Потому что я тебе не по силам.

– Мы не на ринге, Уилсон.

– Тогда почему я чувствую, будто ты защищаешься?

– Потому что ты привык нападать.

– Не воспринимай это как нападение, мы танцуем, – замерев в миллиметрах от моих губ, выдохнул он. Запах текилы, лайма и мяты взбудоражил мое сознание. Я прикусила язык, чувствуя его ладонь, добравшуюся до середины бедра. Больших усилий мне стоило не сжать ноги, чтобы унять нарастающую пульсацию между ними. Уилсон наклонил голову и заглянул в мои глаза. – Шаг влево, шаг вправо, надеюсь, ты хорошо танцуешь и не оступишься.

Звучало как угроза. Полагаю, именно угрозой это и было.

– А если оступлюсь?

– То упадешь прямо в мои объятия, перестанешь изображать из себя стерву и больше не сможешь вернуться к танцу. Этого ведь ты так боишься?

Он бросал мне вызов, предлагал… станцевать, чтобы доказать, что я больше не хрупкая бабочка, которую он раздавил в прошлом. Что он не имеет надо мной власти и что я не допущу ошибку вселенского масштаба и не стану одной из тех, кто засыпает с мыслями о нем.

Снова.

Его надменный оскал разозлил меня. Пожалуй, стоит столкнуть его с пьедестала, на который он сам возвел себя, а еще показать ему, что не стоит бросать вызов Кирби Стоун.

Я выпрямилась и уверенно взглянула на него, занимая место в его игре, а затем направилась к дому в античном стиле. Курорт «Санрайз» состоял из десятков таких домов и прилегающему к ним частному участку пляжа. Из-за громкой музыки я не слышала шагов Уилсона, но знала, что он идет за мной.

В холле было мало людей, все веселились на улице. По изогнутой лестнице я поднялась на второй этаж и прошла на балкон, вид с которого открывался не на площадку с торжеством, а на пляж и океан. Остановилась у стеклянных ограждений и взглянула на оранжевый закат и подсвеченные розовым светом облака. Через секунду почувствовала, как Рэй опускает ладони на мою талию и вжимается пахом в мою задницу. Теперь я не сомневалась в его намерениях. Уилсон был твердым как камень.

– Мне нравится, как ты выглядишь в этом платье, – хрипло пробормотал он, едва касаясь губами моего уха. Я прикусила язык, чтобы не застонать, когда ощутила его пальцы, скользящие вверх по моим бедрам под шелковой тканью.

– Я надела его не для того, чтобы нравиться тебе.

– Для того, чтобы нравиться мне, тебе вообще ничего не следовало надевать, – протянул он, резко разворачивая меня к себе.

Его ладони накрыли мои ягодицы и сжали их. Я тихо вздохнула, теряя равновесие от такой дерзкой выходки, и навалилась на него, располагая руки на крепкой груди. Пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Рост Уилсона был у границы ста девяноста сантиметров, тогда как я в туфлях на десятисантиметровых шпильках доставала носом до его подбородка. И с высоты своего роста он продолжал надменно смотреть на меня.

– Я никогда не сомневалась, что для того, чтобы понравиться тебе, сойдет любая, главное, чтобы она была голой.

– Ты ранишь меня в самое сердце.

– Для этого мне сначала пришлось бы его найти, а я собиралась потратить остаток своей жизни на что-то более интересное, – опуская ладонь на его ширинку и смело поглаживая внушительную выпуклость, ухмыльнулась я. Уилсон никак не отреагировал на мое касание.

Я выглядела так уверенно, но едва сдерживала нервную дрожь.

– Думаешь, его тяжело отыскать?