— Что нашли? — тоном, не предвещающим ничего хорошего, вынужден был ответить начальник кафедры. От этого приват-доцента надо было как-то быстрее избавиться, он — хуже банного листа, а тут все важным делом заняты.

— Голову!

— Какую голову?

— Конона Матюнина. Вот — тут сообщают. — приват-доцент ткнул пальцем в газетный лист.

Ну, надо же! Вот новость на всю Россию! Больше и писать не про что. Такое впечатление, что кроме этого нашим отечественным газетам и сообщить нечего.

— Вот, слушайте, Лев Львович. — тут приват-доцент свою газету мне чуть ли не в лицо воткнул.

Мля! Так и зрения лишиться можно! Нет, такие профессоры нам на кафедре не нужны!

— Вот-вот, так и сообщают, что погоды были жаркие, болото высохло, и крестьяне деревни Чульи Иван и Степан Антоновы во время дранья моха нашли голову Матюнина. Она была найдена всего в нескольких шагах от того места, до которого ранее доходили во время её поисков…

— Всё? — генерала уже потрясывало.

— Всё. — заморгал непонимающе приват-доцент. Тут он такую новость принес, а её как-то несерьезно воспринимают.

— Ну и что? — лицо начальника кафедры уже начало багроветь.

— Так значит, что это не вотяки сделали. Кто-то в лесу уже голову Матюнину отрезал… Не замаливали они его…

Вот! Ещё один эксперт по вотякам выискался!

— Я читал про них много, ну, что и как они делать должны… — уже как бы оправдываясь произнес приват-доцент.

— Ваше мнение, Арнольд Арнольдович, будет принято во внимание, — сказав это, генерал указал возмутителю спокойствия на дверь. — Сейчас же прошу нас оставить.

— Хорошо, хорошо. — молодой человек попятился к двери.

— Если можно, Арнольд Арнольдович, то газетку не уносите. — я указал взглядом на просимое мною.

— Пожалуйста, — не отказал мне приват-доцент. — Только потом верните.

— Как скажете. — я взял уже довольно помятый лист бумаги. Похоже, не к нам первым Арнольд Арнольдович со своей новостью заявился.

После того, как незваный гость нас покинул, генерал вернулся за свой стол и закурил.

— Лев Львович, посмотрите, будьте любезны, какова судьба этой самой головы? — начальник кафедры кивнул на газету. Всё же новость и его не оставила равнодушным.

Я довольно быстро нашел нужное — сообщение в газете про находку было невелико.

— Сообщают, что заявление о находке головы становой пристав не принял, а саму её предали земле.

— Странно, странно. — генерал пыхнул папиросой. — Не принял… А, не могли, Лев Львович, вотяки голову Матюнину в своем шалаше отрезать, а потом в лес принести и там в болото бросить?

Вот, нашел генерал кого спрашивать… Откуда я знаю? В этом вопросе с этнографами нужно консультироваться. В газетах про такие тонкости замаливания не сообщали.

— Этот вопрос выходит за рамки моей компетенции, — ответил я.

Хотя, почему не могли? Кто этих вотяков знает…

— Лев Львович, давайте на сегодня с данным вопросом закончим. — генерал указал мне на листы с актом судебно-медицинской экспертизы. — Вы сегодня-завтра всё внимательно просмотрите и в письменном виде мне своё заключение представьте. До понедельника я Вас на кафедре не жду…

Так, пропал мой законный выходной день! Но, спорить по этому поводу мне с генералом не с руки — буквально днями я в роли экстраординарного профессора на кафедре утвержден и всё хлопотами её начальника, что сейчас мне задание выдал.

— Будет исполнено.

Я сложил бумаги в папку и аккуратно изобразил из её завязочек бантик.

— Всего доброго, Лев Львович. Больше на сегодня я Вас не задерживаю, — попрощался со мной генерал.

Глава 24 Работа в воскресный день

Ну, если уж полностью руку на сердце положить — не один я сегодня работаю.

Пекари и кондитеры, те даже гораздо раньше меня свои головы от любимых подушечек оторвали и на ноги поднялись. К тому моменту, как все нормальные люди проснутся, их продукты труда должны уже быть с пылу и с жару.

Дворник уже метлой машет… Шир-шир. Шир-шир. Ещё и со своим земляком через улицу перекрикивается. Оба они тут не местные, можно сказать — на заработках.

Городовой поддерживает на улице порядок… На пока ещё редких прохожих внимательно посматривает, усищами своими гордо пошевеливает.

Да, всех и перечислять долго, кто уже ранним утром делом занят.

Я выпил чаю и развязал врученную мне вчера начальником кафедры серенькую папку. Когда я её содержимое в кабинете у генерала просматривал, уже тогда к проведенной судебно-медицинской экспертизе у меня возникло много вопросов. То ли торопился её выполнявший, то ли ещё что…