Что подразумевалось под этим «очень сильно», уточнять Рита не стала. Осложнять сегодняшний вечер ни себе, ни уж тем более — ему, не хотелось. Только как объяснить причину. Завись проблема исключительно от неё, нашла бы способ, как решить. Но вот с природой точно не поспоришь и не договоришься.

— Хватит, Лёш. Это мне надо извиниться за истерику. Прости, я… — и снова резко отступила на шаг, при его попытке приобнять. — Не прикасайся ко мне, не надо, правда — проблема. Я не смогу. График этот чертовый плавающий. Сорвалась сегодня утром, прости пожалуйста, — выдала она всё это на одном дыхании.

Как еще доходчиво объяснить ситуацию, не имела ни малейшего представления. Да, взрослая женщина. Только с любовниками как-то не представляла себе разговора о своем, о женском. Даже с Константиновым, который говорил о так называемых «серьезных отношениях». Когда они еще будут, эти «серьезные» учитывая проблемы с разводом. Тот же любовник, только более статусный.

2

Санкт-Петербург. — В смысле — график плавающий? — не понял Константинов, с минуту, не сводя с гостьи пристально-изучающего взгляда. — Рит, я не понимаю тебя сейчас… — признался он, а в следующее мгновение, мысленно чертыхаясь, не сводя с неё чуть прищуренных глаз, поинтересовался с максимальной откровенностью, — Подожди, у тебя, что месячные? — судя по тому, как спешно Рита отвела взгляд, избегая встретиться с его, понял, что догадка верна. — Черт, вот оно в чем дело… — при этих словах, подняв ее на руки, перенес в гостиную, усадив на диван. — Сиди, поужинаем здесь.

— Лёш, не надо…

Оглянулся и внимательно посмотрел на нее. Вот теперь её выпады, начиная с момента его возвращения со съемок прошлой ночью, получили вполне логическое объяснение. Да и пижамные штаны не вызывали вопросов. На будущее не мешает подобрать домашний костюм, раз уж в брюках в определенные дни ей комфортнее, — сделал для себя в памяти «зарубку».

— Давай, я сам буду решать, что надо, а что — нет, — предложил Константинов, выходя ненадолго из комнаты.

Уронив голову на руки, Рита глубоко вздохнула. Её за утреннюю истерику убить следовало. Сорвалась, как девчонка. Если бы хоть что-то почувствовала, возможно, получилось бы и собственное раздражение под контроль взять. Но на десять дней раньше!.. Десять… И тут осенило — а ведь всё в срок. Если бы всегда так было…

Подняв голову, с настороженностью посмотрела на вернувшегося Константинова.

— А ты эффектно смотришься с подносом в руках, — обронила она, помогая выставить на столик нехитрый ужин. — Мне, наверно, сегодня на диван надо будет перебраться, чтобы у тебя ночь спокойно прошла, — добавила в тот момент, когда Константинов, открыв бар, собирался взять оттуда бутылку вина. Замерев, резко обернулся, со всей серьезностью предложив:

— Совсем с ума не сходи. На диван она собралась, — обронил, возвращаясь к столику. А вот когда собрался присесть рядом, Рита стремительно переместилась по дивану, едва не задев столик ногой, чем вызвала неподдельное недоумение Алексея. — Рит, в чем дело? — не понял он, наполняя вином бокалы. — Или палку все-таки перегнул? — а вот второй вопрос прозвучал с тенью настороженности. Утром сегодня, что прекрасно понимал, слегка увлекся. Слишком мало ласки, слишком быстрый секс. Не для неё такой вариант.

— Проблем тебе создавать не хочу, — буркнула Рита, не понимая, почему не стало легче после того, как Константинов догадался о происходящем с ней. Хотя, нет, наверно одно объяснение всё же было. Алантьев, да и не только Алантьев, на данный период времени просто исчезали из ее жизни. Не нужной становилась. С Константиновым сложнее. Не он у неё, она у него в квартире. И главная помеха… — Я не думала, что так получится, — а вот в данный момент, кажется, сделала попытку оправдаться. Только за что, понять не мог. — Ты сам говоришь, я на тебя действую…

— Действуешь, — не стал отрицать очевидного, поинтересовавшись, — И дальше? Иди ко мне, — протянув руку, выжидающе замер. — Рита, иди ко мне, — терпеливо повторил он и, заключая ее в объятия, заверил, — Я прекрасно контролирую себя и свои желания. Давай попробуем посмотреть на твою эту незначительную проблему под другим углом. У нас были две замечательные ночи и три утра. Сегодняшнее — вообще вне конкурса. Кстати, в своей сорочке ты выглядишь гипер сексуально. И совсем не прочь увидеть тебя в ней, когда прилечу на восьмое.

— Лёш… — поежилась она, когда его руки начали медленное продвижение от её плечиков к талии.

Совершенно ничего не хотелось сегодня. Даже — подарить ему «особое» внимание. Хотя вот о нем, только сейчас сообразила, Константинов ни разу не попросил. А ведь наверняка подумывает. Сколько раз ловила на себе его взгляд в момент, когда ложку пыталась облизнуть, из бокала глоток сделать. Вот и сейчас задержал взгляд… Знаком подобный был отлично. Почему молчит? Обидеть просьбой боится? Получить категоричный отказ? До безобразия тактичен? Так она, вроде, не девочка и уж если они вместе…