«Никого!» — оглядываюсь за спину: дверь в кабинет врача закрыта, а Костя, вероятно, уже получает результат генетической экспертизы. Почему так рано? Потому, что он чертов господин с большим кошельком и апломбом!

— Киста — это, чаще всего, подвижное образование на ножке. Такая внутренняя папиллома, с жидким, немного вязким содержимым. Сама по себе киста не страшна, когда она, — вижу, как старается, как фильтрует и тщательно подбирает подходящие для меня слова, — стабильна, если можно так сказать. А вот осложнения нас пугают. Существует вероятность разрыва капсулы и разлития содержимого в брюшную полость. Иногда разрывы кист принимают за перитонит, острый живот. Симптомы идентичны, Ася. Но…

— В остальном я здорова?

— Вы нездоровы, — опасно понижает голос. — Это патология.

— Других, — мотаю головой, показывая доктору, что я все понимаю, но меня интересует кое-что иное, — проблем у меня нет?

— Послеродовой период прошел. Цикл нерегулярный. Шанс заработать беременность при незащищенном половом акте почти стопроцентный. Я не преувеличиваю. Кормление грудью не спасает от живых опасностей. Поэтому для Вас сейчас подходит только барьерный метод контрацепции. Рекомендую презерватив. Муж не возражает?

Я не замужем! Нет, никогда…

— Оральные контрацептивы пока Вам не назначаю. Нужно наблюдать. Гормоны — естественные дрожжи. Понимаете? К тому же тромбы. Вы молодая женщина, недавно ставшая мамой. Нужно поберечься.

— Да, — сглатываю и прикрываю веки.

— К тому же, вероятно, после сцеживания и принудительного прикладывания к груди возможна релактация. И…

— Вы сказали барьерные способы?

— Да.

— А кроме…

— Полное отсутствие половой жизни. Молодые пары на такое не соглашаются. Даже при наличии очень маленьких детей люди хотят близости. Муж не хочет презерватив?

Я не знаю! И потом:

— А киста?

— Иногда подобные новообразования вызывает гормональный дисбаланс, вызванный родами и послеродовым состоянием. А вдруг…

Он пошутил? Этот доктор — шарлатан?

— Я всё! — останавливаюсь перед сидящим Костей, на груди которого развалился как будто в гамаке снующий глазками Тимошка.

— И мы всё! — он поднимается и расправляется, удобнее устраивая на себе ребенка. — Четыре дня, Ступина, — лукаво мне подмигивает.

— Что?

— Ты поняла меня. А как твои дела? Что там доктор написал?

Теперь он будет читать корявые записи, написанные мужской рукой? Нет уж, дудки!

— Все хорошо.

— Отлично! Какие планы?

Что-что?

— Справку смотреть не будешь?

— Я в понедельник сюда заеду, синеглазка, и все узнаю из первых рук. Доктор понравился? — он опять моргает?

Вот же…

— Нет, не понравился. Кстати! — резко торможу, останавливая всех нас. — Тебе назначили рекомендацию.

— Мне? — прижимает подбородок к основанию шеи, показывая на себя.

Сейчас я, вероятно, огорошу!

— Секс может быть только с презервативом.

— Это я давно знаю. Уроки полового воспитания даром не прошли. К тому же, я был дважды женат. Уже забыла, Ступина?

— У меня есть имя, — топочу ногами, выдавая гнев и злость.

— То, что ты зарядила про резиновое назначения, означает, что помимо подай-убери, помой-покорми, возможна ситуация «сунь-вынь-потереби»? На себя намекаешь? Ты предоставишь полный спектр услуг?

Черт!

— Нет.

— Я так и знал. Без проблем. А что насчет кафе, Ася Олеговна? — ногой легко приоткрывает дверь, а спиной придерживает и ждет, пока я просочусь в предложенный для этого живой зазор. — Завтрак был не очень!

Как он это понял, если напрочь отказался! Он выпил лишь чашку черного кофе с треугольным тостом, на который сверху навалил ложку светлого и жидкого меда. А вот я была вынуждена доедать все то, что приготовила за утреннее время, пока ждала его.

— Не хочется.

— А придется.

— Я не могу, — тянусь за сыном. — Отдай, пожалуйста.

— Сегодня суббота, Юля. Выходной день — для семьи! Как у нас дела? Юла?

«Юла»… «Юля»… «Семья»… Все это — он утром лично и довольно громко сказал — не для меня!

— Ты снова ошибся.

— Буду платить тебе за каждую оговорку. Идет? Так ты быстрее заработаешь, а я привыкну…

Звучит, как будто он в этом не уверен.

— Я не зарабатываю. Но разубеждать не хочу.

— Как угодно, Мальвина. Итак! Лето, июль, курортный городок, море, пляж. Пообедаем на маяке?