Аркантус покачал головой и протянул руку, обхватив сзади толстую шею Драккала. Хотя ему не было весело — слишком много было суматохи, слишком много беспокойства — он заставил себя улыбнуться.

— Если бы я никогда не слушал тебя, я бы давным-давно умер… и, следовательно, твоя жизнь была бы намного менее напряженной.

Драккал фыркнул, его рот скривился в ухмылке.

— Ты даже не можешь сделать комплимент, не будучи мудаком.

— Уверен, что всегда использую свои сильные стороны.

Они опустили руки, и Драккал облокотился на спинку дивана.

Аркантус запустил пальцы в волосы, убирая их с лица за рога.

— Этот Стрейк все еще жив?

— Насколько я знаю.

— Я хочу с ним поболтать.

— Ты понимаешь, что это значит. Они узнают, и начнется война.

— Ты был в жилом комплексе, Драк. Она уже началась.

Ажера нахмурился, его грива встала дыбом, но он не стал спорить.

— Направь туда несколько человек, — сказал Аркантус. — Нам нужно действовать как можно быстрее и незаметнее.

— Хорошо. Я начну действовать, — Драккал потер затылок, поднес руку к лицу и принюхался. — Краас кавал, Аркантус. Ты не мог вымыть руки, прежде чем впустить меня? Достаточно того, что воздух пахнет ею, но мне не нужно еще и пахнуть, как она.

Аркантус поднял руку и понюхал пальцы, они пахли нектаром Саманты. Он закрыл глаза и высунул язык, слизывая слабый, затяжной вкус с кончиков пальцев.

— Если ты начнешь прикасаться к себе, я тебя ударю, — сказал Драккал.

Аркантус запрокинул голову и рассмеялся.

— Если я начну трогать себя, ты окажешься в зоне взрыва, — когда смех стих, он свирепо посмотрел на Драккала. — А теперь иди и вымой гриву. Я ударю тебя, если ты все еще будешь пахнуть ею, когда мы увидимся в следующий раз.

Драккал поднялся на ноги.

— Даже не пытайся, если не хочешь потерять ногу, маленький седхи.

Когда ажера уходил, Аркантус крикнул:

— Используй мыло! Просто вылизать мех не считается мытьем, — он сделал паузу на мгновение, прежде чем вскочить на ноги. — Тебе лучше вообще не лизать руку, ты меня слышишь?

Драккал наблюдал за ним с вершины платформы.

— Открой дверь, пока я не свернул тебе шею.

Аркантус не отводил взгляда от ажера, когда нажал на кнопку управления и открыл потайную дверь рядом с Драккалом, который вышел, не сказав больше ни слова. Как только хвост Драккала исчез в проеме, Аркантус снова закрыл дверь.

Едва он сделал шаг к столу, как у двери снова раздался сигнал. Хвост Аркантуса раздраженно дернулся.

Включив интерком, Арк прорычал:

— Если мне придется выйти, Драккал, ты пожалеешь об этом.

Драккал снова посигналил и фыркнул.

Аркантус поднялся на платформу и сел в кресло, откинувшись на спинку, чтобы просмотреть множество дисплеев, которые он уже включил до прихода Саманты. Нужно было сделать работу, она была всегда, но как он мог сосредоточиться на чем-либо из этого сейчас? Хотя возбуждение прошло, тело все еще болело, и то, что, как он надеялся, станет мимолетной угрозой, оказалось гораздо опаснее, чем он мог себе представить.

Гребаный синдикат.

Синдикат Внутреннего Предела был конгломератом многочисленных могущественных преступных организаций, и хотя он существовал в Артосе как отдельное образование, одна из многих подобных групп, он боролся за то, чтобы быть самым богатым и влиятельным из них всех. Работа Аркантуса фальсификатором часто требовала принятия заданий от таких организаций, но он ни разу не встречался с кем-либо из представителей лично, ни разу не позволил никому увидеть себя в лицо, потому что многие из этих организаций также были представлены на Калдориусе.

Синдикат Внутреннего предела располагал своей штаб-квартирой на Кальдориусе. Именно Синдикат выступил против назойливого, молодого бойца-седхи, у которого хватило наглости урезать прибыль, которую они получали на гладиаторских аренах того мира. Именно Синдикат Внутреннего Предела принял амбиции Аркантуса близко к сердцу, и вчерашними событиями в многоквартирном доме Саманты они продемонстрировали, что готовы сделать все возможное, чтобы завершить работу, которую начали так давно.