Мама была любовницей Бенито Кинга. Мое детство было сложным. Я редко видела, как росла моя мать. Я не видела ее долгое время, но недавно увидела в газетах фотографию ее и Бенито Кинга. На фотографии был еще один мужчина, сын Бенито. Он выглядел так же жестоко, как и его отец — Марко Кинг. У него были некоторые нездоровые наклонности, и его жестокость соответствовала жестокости его отца. По крайней мере, так писали газеты.

Мама покрасила свои светлые волосы в красный цвет и сидела под рукой с Бенито, счастливо улыбаясь. Хотя это была фальшивая улыбка. Свет в ее прекрасных голубых глазах медленно угасал. И все из-за него . Я не часто виделась с мамой, но знала ее достаточно хорошо, чтобы отличить ее счастливую улыбку от фальшивой. Вся ее личность была фальшивой — такой, какой хотел ее видеть Бенито.

Боже, я даже не могла вспомнить, когда в последний раз видела ее счастливой. Я хотела спасти ее; Я просто не знала как. Я даже не смогла спасти себя и своих девочек от выселения. Как, черт возьми, я бы спасла свою мать из когтей Бенито?

Иногда я задавалась вопросом, как она могла это сделать — находиться рядом с таким жестоким человеком. Несмотря на то, что она делала это для меня, у каждого был переломный момент. И она столько всего пережила за эти годы. Приближался ли ее переломный момент или она уже достигла его? Мне было страшно представить, что ей пришлось терпеть так долго.

— Женщины в нашей семье сильные, — эхом в голове раздался голос бабушки. — Мы боремся и никогда не сдаемся. В конце концов, мы всегда побеждаем.

Я должна была это запомнить. Защита, которую окружала меня моя семья, заставляла меня зависеть от них, но мне пришлось собраться с силами и сделать шаг вперед.

Насколько я узнала, Бенито Кинг использовал мою мать, когда ему чего-то хотелось или требовалось ее тело. У меня от этого живот скрутило, и, несмотря на то, что он был моим биологическим отцом, мне хотелось пронзить его черное сердце. Я бы не прочь посмотреть, как он страдает и истекает кровью, как долгая и мучительная смерть.

Мама ожидала, что он устанет от нее, но почему-то этого не произошло. Я любила свою мать, но иногда мне было трудно понять ее рассуждения, когда я была ребенком. Все это не имело для меня смысла, пока мой отец не раскрыл правду на смертном одре. Казалось бы, в эти последние минуты всегда вылезает всякая ерунда.

Честно говоря, я даже не была уверена, кем была моя мать и знала ли она вообще, кто она такая. Она так долго была марионеткой Бенито, что я поверила, что она потеряла себя. Я имею в виду, как ты могла не сделать этого? Чтобы выжить с этим человеком, нужно было пойти ко дну.

Общение с мафией убивает всю радость жизни женщины, говорила моя бабушка. Она тоже должна знать, поскольку именно по этой причине она оставила свою семью в Италии. Она хотела нормальной жизни в стране свободных, но увидела, как ее собственная дочь и семья попали в тот же мир, из которого она пыталась сбежать. Кстати, о чертовой иронии.

Еще в детстве я поняла, что причина, по которой я не могу видеться с мамой, когда захочу, заключалась в каком-то хреновом соглашении. История заключалась в том, что мама забеременела до того, как ей пришлось рожать по соглашению «Красавицы и мафиози». Мне не понравилось, но я приняла. Я узнала об этом много-много позже. Фраза дьявол кроется в деталях никогда не была более правдивой. Когда мой отец умер, я узнала, что Бенито Кинг был моим биологическим отцом и что я была поколением, которому я обязана по этому чертовому соглашению. Или человек, которого я считала своим отцом, пока не узнала обратное. Вот только она поменяла свое место, так что я не буду участвовать в соглашении. Итак, это перешло к моим девочкам.

Очевидно, мы все купились на сфабрикованную правду, включая меня и Бенито Кинга. Слава Богу. Я и представить себе не могла, что вырасту с ним как с отцом. В отличие от Бенито, человек, которого любила моя мать, был заботливым и самоотверженным. Он был лучшим отцом, которого только могла пожелать любая маленькая девочка. Он научил меня чинить машины, как выжить в дикой местности, как стрелять и даже как зарезать человека. Моя бабушка научила меня готовить, печь и шить; хотя она утверждала, что мне следует отказаться от последнего.

Я помню обидный взгляд матери, когда я рассказывала ей обо всем, что сделала с бабушкой и папой. Я не могла понять этого намного, намного позже. Должен был быть способ помочь ей.

Хотя она никогда не была постоянной в моей жизни, я не могла оставить ее, зная, что она сделала для меня. Я любила ее и знала, что она любит меня. В конце концов, она отдала за меня свою жизнь. Я до сих пор помню те несколько раз, когда она приходила ко мне, умоляя ее остаться, но знала, что она не могла. Слёзы моей бабушки, когда она выходила из дома. Я больше редко разговаривала с мамой. Близнецам теперь было четыре года, и ей еще предстояло с ними познакомиться. После смерти папы я поняла почему. Я наконец поняла.

Греция прекрасна в это время года.

Небо голубое.

И моря бурные.

Когда я была маленькой девочкой, она читала мне книги о древнегреческих богах. Я была настолько очарована этим, что она научила меня фразе, которая стала нашим собственным кодексом. Она вбила это в меня. Если она когда-нибудь говорила мне « в это время года в Греции хорошо» , это означало, что мне пришлось кричать и бежать, чтобы плохие люди не смогли меня схватить. Когда я стала старше, это стало чем-то другим. Это означало, что мне пришлось бежать и прятаться.