Она заслуживает того, чтобы узнать, каково это - чувствовать себя желанной. Чувствовать себя особенной, потому что эта женщина действительно такая.

— Я хочу насладиться тобой, tesoro.

— Я уже чувствую как ты мной наслаждаешься, обещаю.

Я сажусь на пятки и пользуюсь моментом, чтобы полюбоваться этой красотой передо мной. Она закидывает руки за голову, ее ноги все еще обвиты вокруг меня, ее бедра возвышаются над матрасом.

Я распахиваю ее халат, обнажая маленькие черные атласные стринги. Черт возьми, она идеальна. Я должен чувствовать, как ее тело прижимается к моему.

Она жадно наблюдает, как я раздеваюсь, бросая рубашку на пол. Она садится и проводит руками по моему животу, посылая по мне электрические разряды, достаточные, чтобы заставить меня подавить стон.

Она проводит по V-образной линии талии и расстегивает мой ремень. Она останавливается и поднимает взгляд, прежде чем расстегнуть.

— Детка, я твой. Хочешь мой член, бери его.

Она судорожно втягивает воздух. Ее руки слегка дрожат, поэтому я помогаю ей, расстегивая их. Мой неистовый стояк едва сдерживается моими боксерами.

Сбросив штаны, я возвращаюсь к ней, ложусь рядом и убираю волосы с ее лица. Я приникаю к ее губам, мои пальцы находят край ее трусиков.

Она шире раздвигает для меня ноги. Лучшее приглашение, которое я получал за долгое время.

— Хорошая девочка. Посмотрим, насколько ты мокрая для меня?

Она кивает, и я снова впиваюсь в нее поцелуем, мягким и сладким. Даже интимным, что для меня неизведанная территория. Мой член никогда еще не был так готов взорваться.

Я ныряю под трусики, сдвигая их в сторону, и скольжу вниз по ее гладкой киске.

Она стонет, когда мой указательный палец обводит ее влажный клитор. Я делаю это медленно и нежно, собирая влагу с ее входа и скользя обратно вверх. Она задыхается подо мной, и я целую ее.

— Боже, Лука, — ее голова выгибается на подушке.

— Да, я твой Бог. А теперь приподними бедра для меня, детка. Впусти меня.

Мои губы движутся вдоль ее подбородка и вниз по шее. Я прокладываю путь к ее животу, пробуя на вкус ее тело. Не забывая о том маленьком местечке на ее руке, от которого она вздрагивает, когда я оставляю там поцелуй.

Теперь моя голова у нее между ног, откуда открывается прекрасный вид на ее блестящую киску. Она приподнимается, ее глаза широко раскрыты.

— Лука...

— Да, детка, — я покрываю влажными поцелуями внутреннюю сторону ее бедра.

— П-подожди.

Я останавливаюсь и смотрю на нее снизу вверх.

— Со мной еще никто не делал этого, — она прикусывает нижнюю губу и смотрит на меня сверху вниз.

Клянусь богом, мой член пульсирует так сильно, что причиняет боль.

— О, блять.

Я смотрю на ее идеально блестящую киску.

— Позволь мне показать тебе, как хорошо это может быть. Позволь мне попробовать тебя на вкус?

Я провожу пальцем внутри нее, и она стонет, ее колени опускаются на кровать.

— Черт, да, — стонет она.

Кончиком языка я медленно облизываю ее пульсирующий клитор, и ее бедра тут же прижимаются к моему лицу.

Я облизываю весь путь к ее входу, вытаскивая погруженный палец и заменяя его языком.

Ее руки вцепляются в простыни так сильно, что костяшки пальцев белеют.

— Так хорошо, детка? — мой голос пронизан глубоким голодом.

— О Боже, да.

— Ты хочешь больше? — спросил я.

Я щелкаю ее по клитору, и она вскрикивает. — Да!

— Тогда покатайся на моем лице, детка.

Она приподнимает бедра, и я хватаю ее за ягодицы.

Облизывая и посасывая, пока она извивается на кровати, я придерживаю тот же ритм, трахая ее пальцами.

Она выкрикивает мое имя, ее ноги обхватывают мою голову, ее бедра неудержимо дергаются. Я продолжаю, пока ей не остается ничего другого, кроме как сдаться. Позволяю ей кататься на моем лице и взять то, что ей нужно. Даже будучи абсолютно задушенным ею, я не могу насытиться.

— Лука! — выдыхает она. Я раздвигаю ее ноги и выныриваю, чтобы отдышаться, вытирая рот тыльной стороной ладони и улыбаясь ей. Она приподнимается на локтях, ее грудь быстро поднимается и опускается, а щеки красиво раскраснелись.

— Тебе это нравится? — я подмигиваю ей, и она издает самый очаровательный смешок.

— Мне это понравилось. Как я прожила двадцать три года без этого в своей жизни? — она откидывает с лица непослушную прядь своих черных волос.

— Хочешь еще раз? — одаряю ее своей лучшей озорной улыбкой.