Шрифт:
Я сердито посмотрел на нее.
– Все это прекратится. Все эти заигрывания прекратятся. Вся эта обнаженка и вопросы «насколько он большой» прекратятся. Я здесь по одной и только одной причине - чтобы обеспечить твою безопасность. Я здесь не для того, чтобы нянчиться с капризным ребенком. Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя. Я здесь для того, чтобы ты осталась жива и не попала в руки очень плохих парней. Поэтому, когда я говорю тебе что-то сделать, ты это делаешь. А я говорю тебе прекратить все это. ПОНЯТНО?
Она просто смотрела на меня широко раскрытыми глазами…
А потом она перестала прикрывать грудь и обхватила своими руками мое запястье.
– Так вот что тебя возбуждает?
– прошептала она.
В тот момент я был так зол… отчасти потому, что она была права.
Мой член, казалось, вот-вот разорвет джинсы.
Особенно сейчас, когда я смотрел на ее голую грудь.
В гневе я достаточно сильно сжал ее шею.
Она задыхалась, но не вырывалась.
Не пыталась убрать мою руку…
Она держалась за нее.
– Тебе нравится?
– прошептала она, продолжая смотреть на меня с полным отсутствием страха в глазах. Затем она облизнула губы.
– Нравится.
Я был в ярости.
И я боялся, что могу зайти дальше, если не остановлюсь.
Я убрал руку с ее шеи, схватил ее за плечо и грубо развернул.
Затем я подтолкнул ее рукой в спину к задней части хижины.
Правда, легче мне не стало, потому что теперь я любовался ее задницей…
Которая была обтянута штанами для йоги так плотно, что они казались нарисованными.
– Иди в комнату и надень какую-нибудь гребаную одежду, - прорычал я, подталкивая ее к спальне.
– С тобой невесело, - сказала она насмешливым голосом.
– Ты увидишь, насколько я НЕ весел, если не перестанешь вести себя как шлюха, - рявкнул я.
Это ее зацепило.
Она резко повернула голову и посмотрела на меня через плечо. Ее глаза пылали гневом.
– Знаешь что? Пошел ты на хуй, мудак.
– И ты тоже, принцесса.
Она вошла в ванную и изо всех сил хлопнула дверью.
Грохот стоял на весь дом.
Ругаясь под нос, я вернулся на кухню и начал складывать вещи в рюкзак.
Глава 34
Лучия
Когда Массимо назвал меня шлюхой, я пришла в ярость.
Я выросла, слушая, как мафиози моей бабушки смеются и хвастаются, думая, что я не слышу.
Я подслушивала. Я любила прятаться по углам или сидеть под лестницей, чтобы меня не было видно.
Только так я могла услышать правду от человека - когда он думал, что я не слышу.
При бабушке они говорили:
– Да, синьора. Конечно, синьора. Безусловно, синьора.
Но когда они оставались одни?
Ты бы видел девушку, с которой я трахался в выходные - Madonn, какие сиськи… вот, я попросил ее прислать мне несколько обнаженных фоток, посмотри.
Она начала на меня наезжать, и я ее немного поколотил. Преподал ей урок.
Гребаная сука, надо бы надрать ей задницу, но они все, блядь, сумасшедшие.
Да, моя старушка не знает, что у меня есть еще две телки на стороне… Никто из них не знает…
Я еще в раннем возрасте поняла, что мужики - настоящие куски дерьма.
И трусы к тому же.
Они были такими самоуверенными с другими парнями.
Но когда рядом оказывалась женщина-начальница, которая без колебаний могла прострелить им голову за достаточно крупный промах, они превращались в заискивающих лизоблюдов.
Кроме поварихи и служанки, других женщин в доме не было.
Зато было много долбаных мафиози.
И много возможностей услышать кучу сексистского, женоненавистнического дерьма.
Нона понимала, что мне не стоит находиться рядом с ее придурковатыми лакеями, и отдала меня в католическую школу-интернат для девочек. Двадцать четыре часа в сутки, с понедельника по пятницу. С 10 до 18 лет я приезжала домой только на выходные.
Меня буквально вырастили в монастыре, в окружении монахинь.
Я не была религиозной - Нона не ходила на мессу и говорила, что мне это не нужно, - поэтому я просто терпела монахинь и читала все, что они заставляли.