— Мог бы ограничиться шоколадом из внутреннего кармана твоей куртки, — я потерлась затылком о его грудь, чувствуя, как он улыбается.

— Шоколад оставим для особых случаев, а пока, скромный завтрак!

Он крепко взял мою ладонь и подвел ко столу. Дор заботливо отодвинул плетеное кресло. Мужчины сели по обе руки от меня, и принялись перечислять названия незнакомых мне блюд.

Я растерялась о разнообразия предлагаемой еды, и почувствовала волнение. Целый год я могла позволить себе лишь пресную рыбу и фрукты, а теперь…Даже страшно пробовать что-то новое.

— Нет аппетита, — я мягко отодвинула от себя руки, предлагающие попробовать новое блюдо, и почувствовала, как горло начинают душить подступающие слезы.

Я не могла объяснить их причину или хотя бы описать эмоции, поднимающие волнение и бурю внутри меня. Просто все это было неожиданным, непривычным, странным, но слишком приятным…Со мной такого никогда не случалось.

— Эс, что не так?

— Болит? Тебе плохо?

Как два коршуна, Дор и Шанго нависли надо мной, готовые сорваться с места, чтобы тотчас спасти.

— Я в поря-дке…— и меня прорвало.

Пока я прятала слезы, закрывая лицо ладонями, Дор развернул мое кресло и ловко перетащил меня на свои колени. Он обнял меня, крепко прижимая к своей груди, от чего сердце защемило еще сильнее, и к слезам добавилось несуразное мычание. Я не могла контролировать себя, все накопленное выходило наружу, и никто не пытался это остановить. И Дор, и Шанго, терпеливо ждали, целуя и поглаживая мои волосы.

— Извините, — промычала я, уткнувшись в мокрую от своих слез одежду Дора.

— Не за что извиняться. Ты слишком устала. Ты долго была сильной, и теперь имеешь право поплакать.

— Твоя нервная система переутомилась…это нормально.

Дор так крепко прижал мою голову к себе, что не то что всхлипывать, дышать было трудно, но я стала успокаиваться. Вот они надежные руки, в которых ничего не страшно. Теперь мне не придется выживать самой, доказывать свою силу, ум, правоту. Зачем, когда у меня есть те, кто с удовольствием решит проблемы за меня?

— Не называйте меня Эс! — я пригрозила своим мужчинам пальцем и улыбнулась, начиная ощущать внутри себя легкость.

Шанго сжал мое запястье, и приложил грозящий палец к своей чуть колючей щеке, заставляя ее погладить.

— Почему, Эс? — провокационная улыбка озарила его лицо, и глядя мне в глаза, он легко прикусил ребро моей ладошки.

— Не-е-е-т! — капризно захныкала я, болтая ногами, — Умоляю! Ты сокращаешь и без того сокращенный вариант моего имени!

— И какое у тебя имя? Разве не Эсми?

Я вспомнила кривляния и вываленные языки дразнящихся одноклассников и меня передернуло. В школе было много экзотических имен, особенно после того, как Земля стала налаживать отношения с инопланетными расами, но такое вычурно-старомодное имя было только у меня.

— Эсмеральда, прости господи, — я закрыла лицо руками, пряча порозовевшие щеки, но непривычная тишина ввела меня в ступор.

Ну они же не орали во всю глотку на уроках музыки «Бэль*», вот и не понимают, что такого смешного в твоем имени. Зря переживала!

Две пары удивленных глаз, уставились на меня.

— Что? — я захлопала ресницами, пытаясь сообразить в чем подвох.

— Эсми, ты знаешь, кто твои родители? — совершенно серьезно Дор задал вопрос, требуя немедленного ответа.

Кардинальная смена темы разговора, и к ней я была не готова. Не то, что сейчас. Вообще. Никогда.

— Полагаю, ты уже слышала, что в тебе течет кровь каяльцев…

Слышала, конечно! Но почему-то не придала этому особого значения. Это показалось мне какой-то сказкой, сном…Единственное, о чем я думала, пока мое тело спало, как я хочу увидеть своих мужчин, и как меня бесит сестренка Дора. А после возвращения Дора и Шанго вообще все вопросы отступили на задний план, и я, честно говоря, совершенно забыла обо всем, даже о болезни.

— Я никогда не видела своего отца…

— Отцов, Эсми. У тебя их должно было быть двое.

Я попыталась проглотить ком, ставший поперек горла.

— Нет.

— Да, Эсми. По-другому и быть не может.

*Имеется в виду песня из мюзикла «Notre-Dame de Paris»

— Что значит двое отцов? Как такое возможно? Да нет же! Здесь какая-то ошибка!

Я монотонно тараторила, глядя в никуда, и только почувствовав, как Дор одной рукой обхватывает мои бедра, а второй – сковывает верхнюю часть тела, заметила, что я еще и бессвязно двигалась.