– Да, отец, – в конце концов процедила Майя.

Она ожгла отца убийственным взглядом и направилась к их дому.

Малак посмотрел ей вслед, нахмурился и покачал головой.

– Что? – прорычал Йолан.

– Тебе не кажется, что ты с ней чересчур суров?

Йолан тяжело вздохнул.

– Суров? Это она чересчур упряма! Упряма, резка, непредсказуема и…

– И всегда всё делает по-своему? – подсказал Малак, насмешливо улыбаясь.

Йолан кивнул.

– Именно!

Малак немного поразмыслил. Майя – его лучшая ученица. Она шла путём хатегаи лучше всех остальных волков, которых ему когда-либо приходилось обучать. Зверь в ней так гармонично сосуществовал с человеком, что их почти невозможно было различить.

– Возможно, Майя кажется такой, но я хорошо знаю твою дочь и вижу, что она никогда ничего не делает без причины.

Йолан помрачнел.

– Если бы меня здесь не было, она убила бы того парня. Она бы это сделала… В её взгляде я прочёл жажду убийства.

Губы Малака изогнулись в загадочной улыбке.

– Как и все остальные члены стаи.

Йолан поднял брови.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что твоя дочь воспользовалась глупостью этого молодого охотника, чтобы сказать остальным: «Я сильная, я воительница, и вот что я сделаю со своими врагами».

Секунду или две Йолан размышлял. Скоро Майя станет достаточно взрослой, чтобы её можно было вызвать на бой один на один. Подобные схватки случались в стае нечасто, большую часть конфликтов удавалось разрешить мирным путём, но и редкостью они не были.

– Думаешь, это было предупреждение?

– Больше похоже на угрозу, – поправил вождя Малак.

– И кому оно адресовано? Этому Морвину?

– А также всем, кто считает женщин слабыми и недостойными занимать важное место в иерархии стаи, – ответил Малак.

Йолан рассмеялся.

– Слабая? Майя?

– Каких слов ты от меня ждёшь? Ты запретил дочери драться, вот остальные и посчитали её лёгкой добычей.

Йолан нахмурился.

– Стая черпает силу в единстве, нельзя допускать ссор и раздоров между нами.

– Знаю, но детям нужно проявить себя, они хотят найти своё место в этом мире.

Йолан прищурился и задумался. Во время схватки Майя не только одолела Морвина за пару секунд, но и проявила темперамент настоящего убийцы. В стае немного найдётся волчиц, обладающих таким инстинктом. Волчицы с таким нравом всегда стремились господствовать над другими.

– Думаешь, эти мальчишки и впрямь собираются бросить ей вызов?

Малак улыбнулся.

– Уже нет.

В глазах вожака стаи промелькнуло понимание.

– Ведь теперь они знают.

Малак серьёзно кивнул.

– Да, теперь знают.

Мысли Брегана витали где-то далеко. Он таращился в свою чашку с кофе, рассеянно слушая, как сидящий напротив него за кухонным столиком Мика весело болтает, поглощая завтрак.

– Сегодня в школе мы увидим Майю, как думаешь, она захочет со мной поиграть?

Бреган вздрогнул.

– Майя?

– Да, Майя! Она просто замечательная! – восторженно выпалил Мика. – Мы с ней так здорово повеселились!

Раздосадованный тигр прищурился.

– Мика, я же тебе уже говорил: запрещено разговаривать с лупаи.

– Ага, я знаю, ты мне говорил, но, по-моему, это просто глупо!

– Предупреждаю, если мама узнает, что ты потерялся на земле волков…

– …мне больше никогда не разрешат охотиться и посадят под домашний арест до конца жизни, – хмуро закончил Мика.

Бреган кивнул.

– Точно.

Мика состроил рожицу.

– Пф-ф-ф… и всё равно это ужасно глупо!

Бреган подавил вздох. Мика ещё слишком мал и не понимает, какая жестокая борьба идёт между четырьмя кланами ёкаев. Он никогда не видел, как волки, оскалившись и капая слюной, подкрадываются к раненому старому тигру и разрывают его на части острыми клыками. Он никогда не видел, как орёл поднимает молодого тайгана в воздух и забавы ради бросает на землю снова и снова, пока его тело не перестаёт дышать. И он никогда не видел, как змеи обездвиживают взрослого тигра, прежде чем сожрать его живьём. Нет. Мика ещё никогда не был свидетелем всех этих ужасов, и в каком-то смысле Бреган ему завидовал.

– Скорее заканчивай завтрак, а не то мы опоздаем, – просто ответил Бреган.

Он взял свою школьную сумку и направился к двери.

Огромная десятиколёсная повозка, перевозившая учеников, покинула земли тигров и направилась в сторону Тэдески, единственной школы, стоявшей на ничейных землях, в которую ходили и ёкаи, и люди. Бреган смотрел на проползающие мимо каменные стены, древние дороги и огромные развалины, поросшие зеленью. Всё это осталось от времени людей, от неведомого периода истории, закончившегося великим уничтожением.