15 ноября

Давно я ничего не писала. Слишком много дел. Ребята закончили разбирать завалы, всех похоронили. Вчера и сегодня таскали продукты, оружие и всякую фигню со склада. В части практически ничего не осталось. Не знаю, что за бомба такая была, но наши сады такая фиговина разнесет в щепки на раз. Чтобы этого не случилось, Сергей отыскал тепловизор. Чуть закопченный, но рабочий. Оказалось, наш старый дом светился насквозь, в то время как новый, т. е. мой, практически невидим. Труба камина над крышей только предательски светилась.

Что ж, полезная штука. Если дроны срабатывают на тепло, то теперь у нас еще больше шансов остаться незамеченными.

Завтра всей толпой пойдем в мои магазины. Наконец — то не мне одной таскать неподъемные рюкзаки.

***

— Ты и в права в одиночку перетаскала коробки отсюда? — сокрушался Максим возле входа в магазин. — На машине что ли?

— На велосипеде. — уточнила Саша и по хозяйски прошла внутрь сквозь разбитое окно. — Вон там остались банки с соленьями, их точно надо забрать. Средства гигиены тоже. Дверь на склад вон там, я ее так и не смогла открыть.

— Ну и вонь тут. — пожаловался Борисыч. — Вроде замерзло, а все равно воняет.

— До морозов воняло еще сильнее. Сейчас так, цветочки. — Саша рассмеялась и принялась упаковывать банки в пакеты.

Один пакет, второй, десятый. Все это аккуратно грузили на самодельные сани, которые сделали еще при вывозе вещей из части. Влезает много, вот только тащить неудобно. Самое большое препятствие — проезжая дорога. Придется все выгружать на одной стороне, на плечах переносить сани через брошенные машины и снова загружать на другой. Но все равно это намного удобнее, чем десять километров таскаться с сумками наперевес.

Сергей и Вадим провозились с замком минут десять. Вроде и ничего особенного — маленький замочек, но работу свою выполнял на отлично. Не успели ребята сорвать замок и приоткрыть скрипучую дверь, как в нос ударил тошнотворный запах гнили. Видимо, незадолго до начала событий, был привоз скоропортящихся продуктов. Вот они и портились. Но за завесой отвратительных ароматов были спрятаны запасы круп, сахара, соли и консервов. Муки так и вовсе был целый поддон, кем — то бережно замотанный в целлофановую пленку.

— Да это просто праздник какой — то! — воскликнул Максим, разглядывая склад. — Теперь точно с голоду не опухнем.

«И теперь у всех одинаковые права на мою еду» — подумала Саша. Ей отчего — то до сих пор была неприятна мысль, что придется делиться с незнакомыми людьми. Может последствия голода? Да вроде и не долго она голодала, чтобы так резко реагировать.

— Опаньки, а кому ящик коньячка? — Борисыч растекался в блаженной улыбке, снимая со стеллажа побрякивающую коробку.

— Ты вон в тот угол загляни. Мечта алкаша! — усмехнулся Максим, указывая на аккуратно сложенные ящики с пивом и водкой.

В сани не влезло и трети добра. Добравшись до дома, Саша осталась расставлять продукты в подвале и готовить обед, а ребята потащили сани обратно к магазинам. Пришлось делать три ходки. Возвращались уже потемну, чуть ли не на ощупь. Хорошо, что сани пробили колею по снегу и сами несли ребят к дому. Там их уже ждала Саша с шикарным ужином, расставленными свечами и парой бутылочек коньячка.

Второй раз за короткий срок компания дружно смеялась, пила и закусывала в теплом доме, в невероятно романтичной обстановке.

— Давайте завтра устроим выходной? — предложил Игорь. — Мы почти две недели без отдыху пашем. Даже Батя позволял отдыхать.

— То есть, ты предлагаешь спать до обеда, бездельничать и не думать о выживании целый день? — вкрадчивым голосом произнесла Саша, но тут же растянула улыбку на все лицо: — Я согласна! И чур я завтра не готовлю.

— Мы же хотели завтра проверить подстанцию. — перебил Сергей, нахмурив брови. — Нам что, свет не нужен?

— Нужен, но за один день ничего не случится. Мы и правда устали. — Максим встал на сторону сослуживца. И с ним спорить не хотелось. Максим был тем единственным человеком, который хоть и не считал себя электриком, но помогал другой группе восстанавливать подстанцию в части.

— Я всеми полутора ногами за отдых. — пробасил Борисыч.

— Ладно, черт с вами. Но только один день. — сдался Сергей.

— Вот и славненько. Как на счет третьей бутылочки? — глаза Борисыча загорелись пуще прежнего.

По комнатам расходились изрядно пошатываясь. Саша плюхнулась на кровать, даже не удосужившись раздеться, но сон никак не шел. То ли излишки спиртного играли в голове, то ли не хотелось расставаться с чувством спокойствия и безмятежности. Завтра не надо вставать спозаранку, не надо бороться за свое существование. Такая свобода пьянила еще сильнее. А еще напитывала храбростью и совсем чуть — чуть безумством.