— А где твой брат?

— В тюрьме. — Там, где ему и место. Где он не может разрушить никакие другие жизни. Исайя был обвинен в непредумышленном убийстве за вождение в нетрезвом виде и в настоящее время отбывает пятилетний срок.

Я понятия не имел, как отнесусь к его освобождению. У меня не было желания снова видеть его лицо или выслушивать его оправдания. Мама, несомненно, встанет на его сторону, а значит, я снова потеряю и её. Исайя брал, брал и брал, как всегда.

Мое сердцебиение подскочило, когда ярость распространялась во мне клетка за клеткой. Я сделал несколько глубоких вдохов, желая избавиться от него, но на самом деле мне хотелось что-нибудь разбить. Мне нужно было, чтобы что-то рухнуло, как мой мир рухнул из-за моего брата.

— Кейн, — успокаивающий голос Пайпер прорвался сквозь дымку. — Ты имеешь право злиться.

— Я ненавижу его. Он забрал у меня все.

— Я знаю. — Она встала с дивана и пересекла комнату. Её руки обвились вокруг моей талии, когда она прижала ухо к моему сердцу. Её объятия прогнали гнев. — Но уже не все.

Она была права. Теперь, когда у меня были Пайпер и дети, все приобрело совершенно иной смысл. Я ненавидел своего брата. И я все еще злился на маму, хотя мы работали над нашими отношениями.

Вот только без моего прошлого у меня не было бы Пайпер. Я бы не переехал на эту гору. Я бы не влюбился в свою великолепную соседку.

— Я чуть не погиб, потеряв дочь, — признался я. — Мне разбило сердце то, что мама оправдывалась за Исайю и встала на его сторону. Меня раздавило, что он сделал что-то подобное со мной. Да, я не любил её, но потерять Шеннон было ужасно. Но как-то я это пережил. Если бы что-нибудь случилось с тобой или мальчиками, я бы не… Я бы этого не пережил.

— С ними все будет в порядке, Кейн. Они будут невероятными.

Я сжал её крепче.

— Не только они. Ты тоже. Без тебя я бы не выжил.

Она посмотрела на меня, слезы навернулись на её глаза.

— Я никуда не собираюсь. И ты тоже.

— Я здесь навсегда. Обещаю.

— Не обещай, — прошептала она. — Докажи это.

Доказать.

Я бы провел остаток своей жизни, доказывая это. Начиная с сегодняшнего дня.

— Я тебя люблю.

Удивление промелькнуло на её лице.

— Ты… любишь?

— Я хочу жениться на тебе.

Её рот открылся.

— Я хочу разделить эту жизнь с тобой, Пайпер. С мальчиками. Жить вместе на этой горе. — И это было бы намного проще, если бы мы были женаты. Как только она согласится, мы выберем кольцо. Нам предстояло проделать некоторую работу и построить доверие, но мы уложимся в срок.

— Серьезно? — Её брови нахмурились. — Ты хочешь жениться?

— Это да?

Медленная ухмылка расползлась по её губам, прежде чем она рассмеялась.

— Нет.

— Нет? — Я отпрянул.

— Нет. Я не собираюсь выходить за тебя. — Она обхватила мою щеку, встав на цыпочки, чтобы поцеловать мой рот. Затем она похлопала меня по животу и пошла на кухню. — Я умираю с голоду. Хочешь сделаем попкорном?

— Попкорн? Я только что попросил тебя выйти за меня замуж.

— А я сказал нет. — Она открыла холодильник и достала морковную палочку. Она откусила кусочек и улыбнулась. — Кстати, я тебя тоже люблю.

— Господи, спасибо, — пробормотал я.

Пайпер взяла с собой морковную палочку, обошла стойку и направилась в комнату для гостей.

— Ты поможешь мне переместить всю твою одежду в мой шкаф?

— Да. Видишь, как легко это сказать?

Она хихикнула, снова улыбнулась мне и исчезла в коридоре.

— Ты идешь или нет?

— Иду, — пробормотал я.

Мы не закончили этот разговор. Она хотела, чтобы я доказал?

Я докажу.

Я буду продолжать просить её выйти за меня замуж, пока не получу желаемого ответа.

Глава 20

Пайпер

— Мы уходим! — раздался в коридоре голос Кейна.

— Подожди! — закричала я, выходя из ванной и подняв бандаж своих штанов для беременных.

Когда приходилось ходить в туалет каждые три минуты, такие штаны были просто необходимы. Мой план состоял в том, чтобы продолжать наслаждаться изобилием спандекса и лайкры как можно дольше и после беременности.

Когда я шла по коридору, на моей спине был огромный бандаж.

Кейн ухмылялся, стоял у двери. На нем были зимняя куртка, шапка и зимние сапоги до колен, со шнуровкой до икр. Они сделали его и без того мускулистые бедра еще более мускулистыми.

Дрожь пробежала по моей спине, когда я вошла в его объятия. Он обнял меня, поцеловал в волосы и прошептал мне на ухо:

— Выходи за меня.

— Нет, — прошептала я в ответ.

Он хмыкнул. Я решила, что это его способ ругаться без слов.