Милена завозилась, нажала кнопку на консоли подлокотника, и сидение медленно, вместе со своими пассажирами, превратилось в мягкую кушетку. Девушка устроилась на плече Таурохтара, сладко зевнула, прикрывая рот ладонью, и через минуту уже мирно спала. Эльф с умилением погладил ее по волосам, и, притянув с ближайшего кресла комбинезон, накрыл им Милу и обнял сверху. Так себе вариант для утепления. Наверное, где-то здесь в капсуле есть и одеяла, но это они проверят потом. А сейчас было просто сказочно прекрасно уснуть в объятиях друг друга.

Мила пробудилась первая. Лежать обнаженной на мужском плече — это было странное и забытое ощущение. Впрочем, надо сказать очень приятное и рождающее иррациональное чувство защищённости. Однако девушка аккуратно сняла с себя мужскую руку и, соскользнув на пол, принялась натягивать комбинезон. Рох спал так спокойно, как будто обступивших их плотной стеной проблем не существовало.

Черты его лица были расслаблены, и Мила с интересом их изучала. Надо же, вторые сутки пошли, после их прилета на пахнущую плесенью планету, а у Таурохтара щетина даже не проклёвывается. Она и вообще не припоминала, видела ли его когда-нибудь небритым. Может быть, у эльфов усы и борода не растут? Милена видела человеческое ДНК Роха, но какие-то нюансы у нее все же вызывали сомнения. А уши? Чудеса генной инженерии? Хотя какая разница, она уже любила мужа целиком со всеми его «тараканами». Му-жа. Она пару раз мысленно произнесла это непривычное по отношению к себе слово. Как бы примерила его.

В других обстоятельствах все было бы понятно. Расписались бы через планетарную сеть, сняли квартирку где-нибудь в пригороде, чтобы не очень шумно. Хорошо бы около парка или леса… Сейчас же их семейная жизнь, скорее всего, закончится сразу после того, как капсулу найдут. Ну и пусть — лучше хоть несколько дней счастья, чем вообще ничего. Тем более, теперь, когда их двое, может удаться найти какой-то выход. Способ бежать…

Рох резко открыл глаза и сразу спросил:

— Тебя что-то беспокоит?

— Очевидное. Что мы скажем Зубру?

— Почему сбежали?

— Нет, про это он не спросит. Режим самообеспечения включается только у отстреленной капсулы. Пока же она на борту корабля, то пользуется корабельными ресурсами. Так что если бы мы не улетели, то задохнулись бы.

— Но в ней же горел свет?

— Это ненадолго от аварийного генератора. Как раз чтобы дождаться загрузки.

— Тогда про что? Почему я не напал на тебя, как на его женщину? Не убил и не изнасиловал?

Милена смущенно промолчала, потому как Рох угадал.

— Думаю, и это его не удивит. Все-таки он немного меня изучил. Спасение жизни для эльфа — это священный долг крови. Ты пришла за мной в трюм, и только поэтому я еще дышу. Даже если бы я тебя ненавидел и желал убить, то после спасения потерял на такой поступок всякое право.

— Рох… Вот ты все время подчеркиваешь, что не человек… Сколько лет насчитывает история твоего народа?

— Тысячелетия. Хотя если ты имеешь в виду непосредственно жизнь на Валиноре, то наши предки нашли новую родину всего четыре столетия назад.

— То есть, твои предки родом с Земли?

— Да. Им веками приходилось прятаться среди людей, скрывать свою непохожесть. Но на Валиноре есть и люди. Потомки тех, кто был терпимо настроен к существованию других рас.

— И… кем будут дети от смешанного брака?

— Конечно, эльфами по праву старшей крови! — как маленьким объясняют азбучные истины, ответил Рох и неожиданно сделался белым как мел. — Дети! Мы не подумали об этом, если ты на базе забеременеешь…

— Ш-ш-ш, — Мила погладила мужа по руке. — У меня противозачаточный укол на полгода. Зубр тщательно следует, чтобы я колола его всем рабыням, во избежание проблем, и себе — для вида.

— На Валиноре почти не используют уколы… — начал рассказывать Таурохтар, как вдруг капсулу наполнило непонятное пищание.

Милена ринулась к панели под иллюминатором и скомандовала:

— Быстро одевайся! На радарах капсулы корабль!

— Кто именно известно? — уточнил Рох, моментально собираясь.

— Пока нет, но по идее они с минуты на минуту выйдут на связь.

В этот момент как раз всплыло окошко, запрашивающее подтверждение соединения. Милена ответила. На экране появилась усатая физиономия Харома:

— Дорогая! Вот это ты меня напугала! — театрально всплеснул он руками.

Значит, в помещении как минимум с охраной, раз сразу взялся разыгрывать спектакль. Милена только собралась что-то ответить, как Зубр, не давая ей вставить слово, продолжил:

— Я понимаю, у тебя клятва Гиппократа и ответственность, но надо же и о нас думать! Ты же могла погибнуть!

Фух… Значит, высылка к Изимиру ей пока не грозит. Зубр сам подготовил для нее алиби, несомненно потому, что ему было так удобно.