Уэйн кивнул.

— Единственная и неповторимая.

— Ну, если я и нравился ей раньше, то теперь она это пережила, — сказал я ему, пока он пил своё пиво. — Я дважды приглашал её на свидание за последние двадцать четыре часа, и оба раза получил отказ.

Он снова отхлебнул пива.

— Ты шутишь.

— Думаю, я разозлил её.

Уэйн начал смеяться. Это началось с медленного смешка, который становился всё громче и громче, пока все остальные посетители бара не перестали разговаривать, чтобы обратить на него внимание.

— Напомни мне, чтобы я начал брать с тебя двойную плату за пиво, — пробормотал я после того, как он взял себя в руки.

— Я не знаю, что ты сделал, — прохрипел он, — Но это должно было быть чем-то ужасным. Уилла — самая милая девушка в округе Флэтхед. Как тебе удалось разозлить её?

Я пожал плечами.

— Я не знаю.

Он усмехнулся.

— Правда! — я поднял руки. — Я не знаю. Я знаю, что несколько раз ошибался и называл её Уиллоу. Но в свою защиту скажу, что я всегда плохо запоминал имена.

Единственный способ запомнить новое имя — это сделать то, чему Хейзел научила меня в старшей школе. Я десять раз мысленно произносил имя или придумывал ассоциацию. Но ни один способ не помог мне правильно запомнить Уиллу.

— Ты действительно плох с именами, — пробормотал Уэйн. — Ты долгое время думал, что моя фамилия Браун.

Браун, как цвет его шоколадных волос.

— Я… подожди, твоя фамилия не Браун?

— Господи, Джексон, — он закатил глаза, — Блэк.

— Прости. Чёрт возьми, — фыркнул я. — По крайней мере, я отлично запоминаю лица.

Поболтай со мной двадцать минут, и я запомню тебя на долгие годы. Назови мне своё имя один раз и попроси повторить его через несколько недель, и этого не произойдёт. Работа в баре меня вполне устраивала. Я узнавал постоянных клиентов по их лицам, и мне сходило с рук называть их общепринятыми прозвищем.

Эй, чувак.

Рад снова видеть тебя, милая.

С возвращением, приятель.

Никаких имён не требовалось, и я по-прежнему оставался крутым барменом, который помнил своих посетителей.

Как получилось, что я на не заметил лица Уиллы?

— Ты действительно не знаешь, что сделал, чтобы разозлить Уиллу? — спросил Уэйн.

— Понятия не имею, — пробормотала я и схватила стакан. — Мне нужно пиво.

Я наполнил его, затем закрыл кран. Осмотрел белую пену по краям, но прежде чем поднести стакан к губам, подошёл к раковине и вылил его содержимое. Всего два дня назад я принял решение не пить так часто, и я чертовски уверен, что смогу прожить без пива больше двадцати четырёх часов.

— Так что ты собираешься с ней делать?

Хороший вопрос. Я глубоко вздохнул. Что мне было делать?

Я мог бы просто оставить её в покое. Я пригласил её на свидание, и она отвергла моё предложение. Вот и всё. Вероятно, всё было бы проще, если бы я просто двинулся дальше.

В угловой кабинке сидела женщина, которая весь вечер не сводила с меня глаз. Держу пари, она не откажет мне, если я попрошу её пойти со мной домой позже.

Но проблема была в том, что у меня не было ни малейшего интереса.

Когда я принёс им последнюю порцию выпивки, женщина трахнула меня взглядом. Обычно этого было достаточно, чтобы пробудить некоторый интерес, но мой член крепко спал. В данный момент он оживал только при мысли об Уилле. Просто вспомнив, как она выглядела сегодня утром на кухне лагеря, с распущенными по спине волосами, я за три секунды получил стояк. Субботним вечером, после того как она дважды хлопнула дверью у меня перед носом, я вернулся домой с неистовым стояком.

Что-то в ней просто не отпускало меня.

Так собирался ли я оставить Уиллу в покое? Смогу ли я принять её отказ и двигаться дальше?

Чёрт возьми, нет.

Я ухмыльнулся Уэйну.

— Я что-нибудь придумаю.

Может быть, завтра я снова заскочу в лагерь. Может быть, я мог бы оставить записку с цветами у её двери. Я был в разгаре мозгового штурма, обдумывая другие идеи, когда входная дверь распахнулась и вошла Уилла.

Я дважды моргнул, чтобы убедиться, что это не сон.

Солнечный свет струился по её спине, делая её волосы похожими на золотистые волны. Её лицо имело форму сердечка, высокие скулы раскраснелись и порозовели. Её голубые глаза, цвета озера в солнечный день, завораживали.