Копье выстрелило из моей руки даже раньше, чем я успел о нем подумать! Красно-белая молния пронзила пространство, вытягиваясь на добрых пять метров, и нанизала рачью голову Алую на себя, как оливку на шпажку в бокале мартини! Гвардеец не успел ни среагировать, ни защититься — так быстро все произошло, я даже сам едва успел понять, что творю!

Уже через мгновение копье вернулось в руку, крутнулось, будто бы живя своей жизнью, и сверху вниз, через плечо, упало за спину, уперевшись острием в крышу, прикрывая позвоночник и голову.

Бам! — прилетело по нему сзади, явно не простым мечом или топором — я даже покачнулся немного!

Не мешкая, я дернул древко вниз, заставляя острие описать дугу в воздухе, остановил копье параллельно земле, положив его себе на плечо, и резко, как поршнем, двинул за спину — вслепую, лишь догадываясь, где противник!

Копье слегка замедлилось — попал! Даже не разворачиваясь, я резко дернул древко влево-вправо, заставляя копье разметать к чертям то, во что оно попало — без разницы, во что именно! Своих за спиной точно не было! Просто не могло быть, слишком рано!

С соседней крыши на мою прыгнули еще двое Алых. Рванулись ко мне, занося алебарды, только один — чтобы ударить сверху-вниз, а второй — слева-направо.

Кажется, их немного подучили воевать!

Похоже на то!

Я не стал блокировать копьем, а лишь скользнул навстречу Алым, в последний момент сместившись в сторону — в сторону того, который бил сверху-вниз, сделав так, чтобы он оказался между мной и вторым противником. Гвардейцы не мешкали ни секунды — ближайший ко мне тут же отступил на шаг назад, а второй в противовес ему шагнул вперед, и они оба снова оказались передо мной.

Да, их точно подучили.

Гвардейцы атаковали одновременно с разных сторон. Решив не тянуть, я подставил под удар левого бронированное плечо, а правого атаковал сам, перерубив его алебарду и заодно — руку. Покачнувшись от пропущенного удара, я атаковал левого, пользуясь тем, что он отвел алебарду в новом замахе. Гвардеец засуетился, перекидывая алебарду в руках, пытаясь заблокироваться древком, но копье хищно изогнулось гибким кнутом, перехлестнуло через него и вонзилось Алому снизу-вверх в голову, туда, где у человека была бы челюсть. Скользящий шаг назад — и я снова оказываюсь рядом с правым, лишившимся руки. Круговое движение рукой кладет петлю из ставшего гибким копья ему на шею, а потом — рывок! — и сразу две рачьих головы взлетают в воздух! Одна — отгрызенная острыми гранями древка, как ленточной пилой, вторая — сорванная с плеч зазубренным наконечником!

Твои поднялись на крыши, будь осторожен.

Я на мгновение остановился, чтобы оглядеться.

Не могу сказать, сколько времени я потратил на этих Алых, но его хватило, чтобы мятежники вырвались на крыши. Вылезая из люков, из слуховых окон, а на самых высоких зданиях — просто выскакивали с лестниц. С ходу вступали в бой, набрасываясь на императорских солдат, сбрасывали их с крыш, насаживали на мечи и копья, орали и бесновались.

Демонологи тоже не спали. Они явно не забыли, чем их снабдили, и вовсю этим пользовались. Одна за другой крыши скрывались в черных облаках антрацитового порошка, заставляя Алых, попавших внутрь, замедляться и делать ошибки. Вооруженные оружием Безликих мятежники пользовались ситуацией, набрасываясь на врагов по двое-трое, отрубая им конечности, роняя на крыши, лишая конечностей, и в конце концов — голов.

Но не везде все было так хорошо. Где-то явно было видно, что имперцы берут верх. Где-то они очень быстро поняли, что происходит, и развернули свои луки и арбалеты в тыл раньше, чем мятежники выбрались на крыши. И, когда это произошло, их встретила лавина стрел, моментально унесшая десятки жизней. Утыканные как ежики трупы перегородили проход и еще больше усложнили задачу вырваться на крышу, а имперцы воспользовались этим, чтобы продолжить обстрел тех, кто еще оставался внизу.

В других местах Алые добрались до демонологов раньше, чем те успели пустить в ход трофейное оружие Безликих, и теперь антрацитовые клинки и бомбы с порошком валялись на крышах бесполезным хламом, а Алые двигались сквозь людей, как бульдозеры, оставляя за собой кровавые просеки.

И таких крыш было больше, чем тех, на которых мятежники брали верх.

Именно этими крышами я и занялся. Прыгнул на ближайшую, едва не придавив отступающих мятежников, и ударил плечом в Алого, отбрасывая его назад — ничего больше я сделать не успел.

Гвардеец отлетел назад, затормозил древком, уперев его в камень крыши у себя за спиной (камень вспороло узкой бороздой), и кинулся на меня.

И с двух соседних крыш Алые тоже кинулись на меня, полностью позабыв о людях, которых только что истребляли десятками!

Похоже, им очень хочется именно нас.

Похоже, что да!

Узкая крыша не позволяла маневрировать, а лишний раз блокировать удары доспехами не хотелось — кто знает, вдруг у Алых все же есть возможность их пробить?! Поэтому, быстро оглядевшись, я нашел более или менее свободную от своих людей крышу в пределах досягаемости, и перепрыгнул на нее.

И Алые тут же прыгнули следом, прямо в полете замахиваясь алебардами!

И, будто этого было мало — с соседних крыш к ним присоединились еще двое!