Попрактиковавшись еще около часа, я смог управлять уже десятком нанитов. Я пока не знал, как применить это на практике — никаких плюсов мне это не дало. Но, может быть, я просто что-то делаю не так?

Я попытался вспомнить слова Крейна, но из головы словно все выветрилось… Однако я хорошо запомнил тот факт, что он ни слова не сказал о нанитах. Док применял свою пси-силу иначе. А у меня что?

Еще час ушел на то, чтобы подчинить себе уже сотню наноорганизмов. А когда я попытался собрать их всех вместе, получилась заминка — они закупорили сосуд, едва не образовав тромб.

Дерьмово. Пришлось расцеплять их.

Если это и есть проявившиеся пси-способности, то какие-то они неправильные. Не так я себе это представлял. Точнее, не представлял. Я вообще с пренебрежением отнесся к утверждению дока, даже несмотря на демонстрацию его силы.

Не знаю, сколько прошло времени. Часов у меня не было.

Я просто увлеченно работал над изучением своей новой способности. И в какой-то момент я понял одно — наниты в моем теле могут его исцелять. Без регенерона, без эмульсии. Прямо так, на месте. Используя соседние, здоровые клетки. Беря материал прямо из тела.

Это было нереально круто. Я даже про голод и жажду забыл.

Сонливость как рукой сняло. Энергии все еще было мало, но я научился ее экономить. А ближе к утру, мои наниты смогли восстановить часть разрушенного сустава…

Потом снова пришли они.

Втащили новое тело. Какого-то парня, но еще живого. Он был в отключке, иногда что-то бессвязно мычал. Тело женщины, уже начавшее источать трупные флюиды, они убрали. Старший пришелец ткнул в него когтем, отмахнулся. Видимо, их обоняние чем-то смахивало на наше.

На мою обезображенную ногу они никак не отреагировали. Прижатая к телу рука их тоже не волновала. Да и я сам, забившись в угол, всячески изображал страдающего человека. Конечно, сейчас меня здоровым назвать меня было сложно, но нестерпимая боль уже отступила на второй план.

— Че, глисты позорные, опять притащились? — процедил я, скривившись от боли и ненависти.

— Продолжим… — на этот раз я услышал всего одно слово. Но сколько страданий за ним могло быть. Пришельцы напрочь лишены гуманности, в их действиях был только какой-то расчет, известный только им. Никакого сочувствия. Меня не хотели просто убить, меня хотели зверски замучить. И при этом не давать умереть. Для чего?

Они ведь уже наверняка разобрались в том, что их товарища я заморозил из того самого баллона с азотом, который позже испытали на мне. Так в чем же дело? Просто развлечение?

В этот раз баллона с азотом у них не было. Это натолкнуло меня на мысль, что сейчас пытка будет другой. Теперь-то что?

Они открыли дверь, зачем-то сорвали всю одежду, обрызгали меня какой-то зеленоватой жидкостью. Затем к моей клетке подсоединили какой-то скрученный провод созданный не человеком. Брызнули искры, отчего металл клетки начал медленно нагреваться. А затем, закрыв клетку, они ушли.

— Вот уроды! Суки! — крикнул я вдогонку, но ответной реакции не получил.

Примерно через минуту я понял, что они попросту превратили мою тюрьму, в пыточную камеру. Нагревающийся металл наводил на мысль, что скоро он раскалится до такого состояния, при котором я просто начну поджариваться, как бекон на сковородке…

Свободно перемещаться по клетке я все еще не мог — нога подчинялась мне очень плохо, а сустав я смог восстановить только частично. Боль немного отступила, но каждое неосторожное движение вызывало новый взрыв болевых ощущений.

Клетка была полностью металлической, не спрятаться. Ничего. Со злостью я обнаружил, что мою одежду они не выбросили — оставили в помещении. Но дотянуться до нее было невозможно.

Про способность управлять нанитами я благополучно забыл, да и как она мне могла сейчас помочь? Я все еще контролировал только треть всей колонии. Остальная содержалась в организме, полностью бездействуя.

Лихорадочно смотрелся.

Поблизости не было ничего, на что можно встать или использовать как защиту от нагревающегося металла. Да еще и жидкость, которой меня обрызгали… Что-то с ней было не так. По мере нагревания, она подсыхала и очень неприятно стягивала кожу. Появилось легкое жжение, поверхность пошла красными пятнами. Казалось, будто меня облили едким органическим клеем.

Но реальность оказалась куда хуже…

По мере повышения окружающей температуры, едкая жидкость начинала жечь все сильнее. И вскоре жжение достигло точки, когда терпеть ее стало невыносимо.

Каким образом они смогли так нагреть мою клеть, оставалось загадкой. Сначала я подумал, что просто замкнули электрическую цепь, но быстро отсеял эту мысль — тут что-то другое. Прежде чем я обнаружил, что клетка греется не вся, умудрился получить несколько ожогов. Самый дальний угол оставался относительно менее горячим, но и там стоять голыми ступнями на раскаленном металле было довольно болезненно и крайне неприятно.