Париж. 5 часов утра. 3 января. Вандомская площадь. Отель "Ритц".

– Нас кормить-то будут?
– спросила Олька, в белом махровом халатике, выходя из ванной. Над её влажными короткими волосами, кружил еле заметный, небольшой смерч. Однако волосы не ерошились от ветра, а наоборот - укладывались в каре.

– Первый завтрак, начнётся в шесть часов. То есть, через час, - ответила Софка, уткнувшись в рекламный буклет отеля.

– Первый?
– очень удивилась Лёлька.

– Представь себе, - подняла глаза от брошюры, Софка.
– В восемь, начнётся второй завтрак, более плотный. В полдень - деловой ланч. В час дня - обед. В пять пополудни - полдник, по нашему, а по европейски или скорей по-английски - файф ана клак тии.

– Ты сейчас сказала не по-английски, а по-американски, - заметила Олька.

– Ну, прости. Какой учебник нашла, тот и изучаю, - Софка развела руками.

– А дальше?
– склонила голову на бок, Лёлька.

– В восемь вечера - ужин.

– И всё?

– Почему, всё? Вечером открываются рестораны при отеле, можно хоть до утра трескать!

– То есть, голодными мы не останемся?
– уточнила девчонка.

– Привыкай к цивилизации, деревня!
– снисходительно улыбнулась Софка, вместо ответа.
– Остаться голодной в "Ритц", пятизвёздочной гостинице, где рестораны через одного обладают мишленовскими звёздами, это надо очень постараться! Тем более, по словам того симпатичного дядечки, которого привела Ангел и на которого чуть не запала, Вавка...

– Чего?
– перебила подругу Олька.
– Вавка запала на того старпёра?

– Не знаю, - пожала плечами Софка.
– Ангел говорит, что ему 35 лет.

– Вот я и говорю - древний! Он на 20 лет нас старше!

– Да, что ты ко мне привязалась!
– вспылила Софка.
– Я что ли втюрилась в этого мужика? Иди у Вавки спрашивай!

– Не кипятись, сестрица, - отмахнулась Лёлька.
– Мне дела нет до Вавкиных сердечных переживаний, так-то он мужик симпатичный...вроде...но...

– А-а, чепуха всё это. Да и Вавка не переживает. Вроде сначала заикнулась, а потом подумала и сказала, что как бы и ничего так, но на любителя, - Софка снова вперилась в книжку.

– И то, верно, - согласилась Лёлька.
– Да и рано нам ещё о таком думать, - потом помолчала и добавила:

– А мне Афанасий Аркадьевич нравится.

У Софки от неожиданности выпал из рук буклет.

– Чего? Ты серьёзно?
– потом прислушалась к себе и облегчённо вздохнула.
– Да нет. Не влюбилась.

– Кто тебе сказал, что влюбилась?
– изумилась Олька.
– Это Антонина влюбилась! А мне он нравится как человек. Как препод. С ним интересно спорить, особенно когда он начинает сыпать матами, не находя достойных аргументов. Умора!
– Лёлька звонко засмеялась.

– Ты только остальных девчонок так не пугай, - посоветовала Софка, поднимая, с мраморной плитки выстеленного пола, свой многострадальный буклет.
– И дай мне наконец дочитать эту рекламную брошюру. Я тут заметила одну интересную вещицу, только не пойму в чём фишка.

– Ладно, - ответила Лёлька.
– Меня тоже кое-чем озадачили, - и потянулась за планшетом, падая на свою кровать.

Их поселили по двое в номерах отеля, Лёльке выпало соседствовать с Софкой. На некоторое время, в апартаментах повисла лёгкая тишина. Каждая из девчонок, занялась своим делом.

Через десять минут Софка отложила книжку, развязала полотенце надетое на голову, наподобие восточного тюрбана и потрогала свои волосы. Они оказались влажными. Тяжело вздохнув, девочка мельком глянув на увлечённо тыкающую в планшет Лёльку, создала у себя над головой такой же как и у подруги-сестры, небольшой смерч и тихонько вскрикнула, когда её локоны встали дыбом и принялись закручиваться вслед за потоками воздуха.

В это же самое время, Лёлька, которая продолжала работать на планшете, подняла одну руку и щёлкнула пальцами.

– Ой!, - пискнула от испуга Софка, когда её длинные волосы, вмиг опали и высыхая и выравниваясь прямо на глазах, стали скручиваться в тугую ровную косу, точь-в-точь как она любила!

– Покажешь?
– спросила девочка отойдя от лёгкого шока.

– Угу, - ответила подруга не отвлекаясь.
– Да там ничего сложного. Я его только сейчас, в ванной придумала.

– Здорово!
– восхитилась Софка.
– Ангелине покажешь?

– Контракт, - вздохнула Лёлька, и откинув планшет сладко потянулась.
– Ей должно понравиться.