— Скелет в шкафу! — блеснула она метким словом.

— Вот, — подхватил я, стуча пальцем по странице, — вот где-то здесь этот скелет! Должен быть. Сможем ли мы его найти? — вопрос!

— Так я тоже себе примерно такой вопрос и задала!

Да, Елена Игоревна собственным мощным интеллектом добралась до идеи порыться в архивных документах. Стала над этим думать… И тут как под заказ возник еще один умник с той же мыслью. То есть я.

— Представляешь, как меня это вдохновило!..

— Конечно, представляю.

Я уже вчитывался и вдумывался в сухие анкетные данные. Беззубцев Илья Аркадьевич… Дата рождения: 09 июля 1918 года. Ага… Угораздило же родиться в самый жуткий замес Гражданской войны! Когда войска Колчака подходили к Екатеринбургу, и было принято решение о расстреле царской семьи. М-да… Несколько дней совместно проживали на планете младенец Илья Беззубцев и бывший император Николай II. Он же гражданин Романов. Да, это, разумеется, никакой не скелет в шкафу. Просто интересно.

Бог весть почему у меня возникла привычка, узнав дату рождения человека, вычислять дату его зачатия. Здесь, как нетрудно догадаться, арифметика надежная: минус девять месяцев, плюс-минус несколько дней. Ну и выходит, что будущего профессора зачали папа с мамой в аккурат в дни Октябрьской революции! А происходило это… В Саратовской губернии.

Тут я затруднился.

— Хм! Интересно… Елена Игоревна!

— Да?

— Ты в истории сильна?

— Ну… — не очень уверенно ответила она. — В аттестате пятерка. А что?

— Так в аттестате у тебя, наверное, все пятерки.

— А вот и нет, — в голосе послышалась колкость. — Одна четверка есть. По географии.

— Это как так?

Последовал рассказ о том, как старая дева-географичка люто невзлюбила красивую старшеклассницу, да еще умную, да еще элегантную, из обеспеченной семьи… Нередкий, короче говоря, сюжет. Лена излагала его беззаботно, с юмором, и слушая, я убеждался, что она вообще человечек светлый, добрый, совершенно незлопамятный, а острый язычок… ну вот уж так, не может удержаться, чтобы не ляпнуть что-нибудь ради красного словца.

— Такие дела, Василий Сергеевич… А почему ты спросил про историю?

— Да видишь ли… — я ткнул карандашом. — Персонаж родился летом восемнадцатого в Саратовской губернии. Это чья территория была тогда? Красных или белых? Или еще каких-нибудь зеленых?..

Лена смотрела на меня круглыми глазами.

— Не знаю, — честно призналась она.

— И я не знаю, — я перелистнул страницу.

Честно сказать, я сам еще толком не знал, что хотел увидеть. Как в выцветших чернильных строках найти то, что я чувствую, но не могу ухватить? Что мне могут дань анкетные сведения?..

В задумчивости я побарабанил пальцами по столу.

— М-м… А тебе вообще с ним доводилось общаться?

— Ну как… — она пожала плечами. — Заходил сюда однажды. Даже посмотрел на меня с интересом. Даже спросил: а вы, мол, Игоря Сергеевича дочка?.. Да, говорю.

— И дальше что?

— И дальше ничего.

— Вот старый хрен, — я нахмурился. — Пялился, значит, на тебя?

— А вы, никак, ревнуете, юноша?.. — взгляд стал игривым.

— Это не ревность, — назидательно сказал я. — Это справедливость.

Лена похлопала роскошными густыми ресницами, видимо, не сумев вникнуть в смысл сентенции. Решила не заморачиваться:

— Ты знаешь, были времена, когда он даже был вхож к нам в дом. И к папе приходил по делам, и просто так, в гости… Я, правда, этого не помню. Слышала краем уха. От мамы.

— А отец бывшего коллегу вычеркнул из жизни?

— Так оно и есть. Вообще, папа у меня, знаешь… Человек твердых правил. Моральный кодекс у него ого-го какой!

— И ты вся в папу? — спросил я полушутливо.

— Ну как сказать… Знаешь, когда я смотрю в себя, то вижу, что я где-то в маму, где-то в папу. А хотелось бы наоборот! Понимаешь?

— Конечно, понимаю, — я перелистнул страницу анкеты.

Семейное положение: супруга Беззубцева Алевтина Семеновна, 1940 года рождения. Девичья фамилия… Зубатова! Ну, анекдот: была Зубатова, стала Беззубцева… Брак заключен в 1966 году. Молодуху заманил, паразит! Ей и сейчас-то сорока нет…

— Слушай, — с интересом спросил я, — а ты его жену знаешь? Вот эту третью. Ну, как минимум, видела?

— Минимум миниморум, — слегка передразнила Лена. — Один раз видела издалека, шагали под ручку так величаво.

— И как впечатление?

— По-моему, два сапога пара.

— А она не знает, что он того… — я поиграл глазами, намекая на блуд доктора наук с Ларисой Юрьевной.

Лена многозначительно хмыкнула.

— Да по здравому рассуждению, должна знать. Доброжелателей хватает, давно бы уж отбарабанили. Но все тихо. Следовательно?..

— Либо не знает, либо отношения у них, как у Мережковского и Гиппиус, — ухмыльнулся я.