— Ты смотри! Уже нашел себе какую-то шмакодявку?

Наверное, что-то в моем лице сделалось не так, и Козлов поспешил исправиться:

— Ладно, ладно, ты это того… не того… Лаврентьев! Отпустим кавалера на свиданье к барышне?

— Святое дело, — Саша улыбнулся.

— Но час, не больше. Ясно?

Я радостно кивнул.

— А теперь к делу. Пошли осваивать технику!

Выяснилось, что властелин хранилищ вознамерился обучить нас искусству вождения электрокара. Дело это оказалось простым до безобразия: нужно было изучить инструкцию (Савельич вынул из стола и шлепнул на столешницу сильно засаленную брошюру), потом типа сдать зачет, после чего в какой-то амбарной книге делалась пометка о том, что мы допущены к управлению на законных основаниях.

— Это обязательно?.. — пробормотал Саша.

— Это не обсуждается! — отсек завсклад. — Читайте!

Наука оказалась, прямо скажем, не квантовая механика, хотя отработка навыков нужна. Всего четыре точки управления. Три рычага, одна педаль. Она же тормоз. Левый рычаг — коробка передач. Три скорости. Маленький рычажок рядом — переключение хода движения: вперед, назад. Правый рычаг — руль, он чуть похитрее левого, с изгибом и кнопкой под большой палец: это звуковой сигнал, бибикалка. Жмешь рычаг вниз — поворот вправо. Тянешь вверх — соответственно влево. Это если стоишь спиной к платформе. Если к ней лицом, то понятия «лево-право» меняются местами. Фара не предусмотрена, но если что, есть каска с фонариком. Иной раз заезжать приходится в темные закоулки хранилищ.

— Во! — похвастал Савельич, вынув из шкафа рабочую оранжевую каску с закрепленным на ней фонариком под плоскую батарейку 4,5 вольта. — Ну, теорию изучили? Айда на практику!

И добавил к этому ряд очень энергичных выражений.

Практика получилась внезапно интересной. Управлять тележкой было несложно, но прикольно. Оно и в самом деле, когда несешься на такой штуке со скоростью 20 км/ч, стоя на трясучей площадке с хилой трубчатой оградкой по бокам, то ощущения занятные.

— Тише, тише! — покрикивал Савельич. — Разогнался!.. Не на «Жигулях», мать иху!

В общем, время пролетело незаметно. Козлов, наконец, сделал записи в журнале и заставил нас расписаться, узаконив водительскую квалификацию. Глянул на часы:

— Ну, гренадеры, валим на обед! Родионов, ты понял? У тебя плюс час.

— Понял, Николай Савельевич.

— То-то. Крутится-вертится шар голубой… Можете на таратайке ехать, смотрите только, не угробьтесь.

— Давай, — сказал мне Саша. — Поработай-ка персональным шофером.

Он пристроился на платформе, я встал за рычаги…

Домчались махом. Шоферские навыки сказались и здесь, хотя эргономика управления совсем другая.

— С ветерком! — заключил Саша, спрыгивая с платформы после того, как я с шиком подрулил к конторе. — Молодец.

— Саня, — сказал я, — ты давай ешь, а я полетел по делам своим. Если успею, потом перекушу…

И заспешил в общагу.

На вахте сидел сменщик Матвеевны, флегматичный старикан. Видно, он меня помнил, ключ вручил без разговоров, и я через две ступеньки понесся на четвертый этаж.

Первым делом наскоро ополоснулся. Затем, скинув «Орбиту» и недостойный прекрасных серых глаз «смокинг», я облачился в «Ливайс», потуже стянув ремень на поясе. Не забыл и белую футболку. Перед зеркалом придал прическе небрежно-богемный вид. Ну!.. Шикарный парень, модник, покоритель девичьих сердец! Вперед!..

Конечно же, отдел кадров должен быть в главном корпусе, где химию сдавали. Туда я и направил «Ботасы», предварительно освеженные влажной тряпкой.

Гардероб в вестибюле был по-летнему пуст, но какая-то бабушка там имелась, листала журнал «Вокруг света».

— Здравствуйте! Я первокурсник. Вот только поступил. Подскажите, пожалуйста, где отдел кадров?..

Вежливые слова на самом деле волшебные. Бабушка все растолковала мне так, что можно было идти с закрытыми глазами.

Пятый этаж. Самый верхний. Я шел и чувствовал, как сердце волнительно колотится. Здание было почти пустое, хотя где-то в отдалении я слышал голоса, шаги, хлопанье дверей. Но мне никто не встретился.

Ну вот он, пятый этаж. Какие-то канцелярии, солидные двустворчатые двери, обитые кожей, с узорами из обойных гвоздей. Пока все верно, молодец бабушка… Ага!

Черная стеклянная табличка, большие буквы: ОТДЕЛ КАДРОВ.

Признаться, с полминуты я стоял, упиваясь сложными чувствами. А вдруг все на обед ушли? Как быть?..

Ладно! Потянул ручку на себя. Открыто!

— Здравствуйте.

Это я сказал ухоженной дамочке средних лет, стоящей за барьером, который отгораживал служащих от посетителей.

— Здрасьте, — и она взглянула на меня с интересом.

— Скажите, могу ли я видеть одну вашу сотрудницу? Извините за беспокойство, срочное дело.