– А можно ещё воды? – Гость понадеялся, что придумает, как ещё задержаться здесь. Надо же, с первой попытки – взял, и попал. Никакой охраны не встретил… Надо знать ходы. А ещё – немножечко везения.

Евгений не спускал глаз со столика, на котором, минут десять назад, появилась чаша с водой.

Она и теперь появилась, не успел моргнуть. Сейчас у него в руках две чаши, одна подарена. Про вторую спрашивать неудобно. Но уж больно удобные и красивые, у нас такую можно продать за десятку, или нет? Двадцать пять, не меньше! Где ты ещё нечто подобное видел? А как лежит на ладони? Вся кожа видна, как при хорошем увеличении. Орнамент угадывается, то ли буквы старинные, вроде и знаки. Может, именно они очищают воду, делают её целебной. Сто рублей, не меньше!

Уже готовый уходить, Аверьянов не выпускал из рук обе чаши. Надо было сделать хоть какое предложение, для сотрудничества в будущем (а вдруг что срастётся?)

– У меня есть вещи, которыми вы можете заинтересоваться, – наконец, выдохнул он.

– Что именно?

– Я бываю в горах, в труднодоступных местах, где нога человеческая не ступала. И там очень даже… попадаются уникальные камушки, много чего другого.

Похоже, заинтересовал.

– Ну, хорошо, я рискну, против правил. Ты найди для меня каменное масло. Вот тогда и поговорим серьёзно.

– Впервые слышу. – У Евгения в голове возникла картинка: стоит огромный пресс и поршнем выдавливает из валунов то, что можно выдавить.

Старец уловил направление его мыслей.

– Не так, как ты себе представил. Есть в горных разломах старые проходы, по ним когда-то ходили реки. Потом происходит осушение прибрежных массивов, они как бы вырастают и уходят на почти недосягаемую высоту. Нужно специальное снаряжение, чтобы подняться и наскрести налёт со скал. Вот это и есть каменное масло.

– И в чём его ценность? – Аверьянов что-то такое припомнил на скалах. Вот поди знай, что имеет цену.

Хозяин порылся в записях на столе, вытащил красиво оформленный список, показал издали. Гость осмелел настолько, что сделал десяток шагов, чтобы рассмотреть.

– Как я понимаю, это химические элементы.

– Верно. Сто восемь микроэлементов, в основном – то, что не успели вывезти с планеты. Редкоземельных тоже хватает, за ними идёт охота. Если же тебе удастся наполнить… – хозяин пошарил глазами по полкам, поднялся и снял стеклянный сосуд с крышкой. – Вот эту ёмкость если наполнишь, то и я отвечу достойно, поделюсь своими наработками.

– Здорово! Я согласен! – Обе чаши в руках путешественника издали звон, удачно соприкоснулись. И звон пошёл такой, что в дверь заглянула детская головка.

– Дедушка!.. А-а, ты занят. – Девочка не решилась войти, только обнаружила, что у дедушки гость необычный, прижимает к груди знакомые чаши. Её удивил момент: чаши не должны звенеть, когда прижаты к мягкому, а тут звенят и звенят, как кто изнутри постукивает молоточками, без остановки.

Как же он любит свою красавицу, подумал Аверьянов.

– Так я пошёл? – Он принял в нагрузку и сосуд для каменного масла. Три предмета, две руки, – тут бы от одного избавиться. Дедушка всё прекрасно понимал:

– И вторую хочешь получить в подарок! Забирай! Раз сам напрашиваешься в должники, так тому и быть. И давай, я тебя провожу, пока ещё чего не присмотрел.

– Мне для жены, не для себя же…

– Забирай. Одну в одну сложи, и топай. Я от тебя немного устал.

Довольный, что неплохо поживился, гость развернулся к стене. Он помнил место, откуда заходил. Да и дедушке самому было любопытно, где именно есть выход, точнее вход в его мастерскую извне.

– Я достану каменное масло, вот увидите!

– Ступай уже, экий ты докучливый! – Дедушка подтолкнул его на выход, сам тут же пометил мелом портал, чтобы знать, откуда появляются непрошенные гости.

Внучка смелей вошла в мастерскую, мигом осмотрелась, нет ли чего новенького.

– Опять гость заблудился?

– Я сам удивлён. У него это в первый раз получилось. И почему сразу ко мне?

Она постаралась запомнить координаты портала. Мел сотрётся, а вот для самой… мало ли, когда пригодится.

– Мне сейчас пришла мысль. Вы должны были встретиться. К обоюдной пользе.

– Не завидую ему. Он только начал открывать для себя миры, а их множество, не поддающееся учёту.

– Завидуешь, я знаю. Сам бы охотно присоединился, только позови.

– В мои годы далеко не ходят, силы не те.

– Но признайся: ведь завидуешь? – девочка была счастлива тем, что угадала настоящее чувство.

– Есть немного. Пусть же ему попадаются хорошие попутчики. А я даже имени не спросил.

– У тебя всегда так. Сколько их, таких, у тебя побывало? Не меньше двадцати, как я помню. Ты разве у кого спрашивал имя?