Фыркаю:

— Да знаю я ваших агентов, Лех. Его сюда запустить — все равно что слона в посудную лавку. Мигом спугнет всех, кто задумал хоть какое-то преступление, в радиусе километра. А я уже в бомжатник внедрился, меня тут за своего держат. Прослежу за этим Джоном и девушкой…

— Проследишь — а дальше-то что? В одиночку голыми руками отряд бандитов сложишь? Давно ты у нас Рэмбо заделался? Так будем действовать. Наш агент с тобой свяжется и передаст маячки. Прикрепишь один незаметно к одежде этой Зои. Куда бы ее ни увезли, мы проследим. Дальше — не твое дело, понял меня, Саня? Не лезь в пекло, уезжай домой. Понял меня?

— Понял, понял, не кипишуй. Связь!

Не выпускаю из поля зрения Джона и Зою. Дурочка липнет к дрищу, а он хоть и внимателен к ней, однако рук не распускает. Что, моральные принципы не позволяют трахнуть девушку, которую собираешься продать? Ишь, чувствительный какой гаденыш…

Я-то думал, противно будет жить с бомжами. А это как раз вполне терпимо — люди как люди. Что противно по-настоящему, так это находиться в одном пространстве с гнидой Джоном и не выдавать нарастающего желания отбить ему почки. Постоянно себе напоминаю, что ради успеха дела придется на время подавить брезгливость.

Получаю и тут же удаляю сообщение от агента. Спускаюсь к нему — он выглядит как хмурый бомж в низко надвинутой шапке — и принимаю маячки. Леха выдал с запасом, целых три. Это коробочки размером с половину пачки тонких дамских сигарет каждая. Я ожидал, они будут меньше… но если вдуматься, батарейка-то в них на несколько суток, она не может быть невесомой. На каждом маячке — клеевой слой, надеюсь, надежный; и еще дополнительная клеевая полоска — заклеивать прореху в одежде.

Незаметно подтягиваю к себе теплую курточку Зои, вспарываю изнутри нижний край, засовываю жучок, заклеиваю. Вроде бы моя задача выполнена, можно с чистой совестью идти домой — тошнит уже от этого вонючего сквота и его унылых обитателей. И все-таки не хочется оставлять наивную девушку в руках подонка. Мало ли что может пойти не так…

Зависаю на сквоте весь следующий день, стараясь постоянно видеть либо Джона, либо Зою, либо обоих. Из заданий они получают уборку комнат, и мне приходится присоединиться к ним. Стараюсь не отсвечивать, слиться с пейзажем — обычный бездомный, потерявшийся в жизни. Жалею, что не спал вчера — голова тяжелая от недосыпа. Но и в эту ночь засыпать нельзя — наверняка загадочная машина приедет в темноте.

Уже под утро массирую себе виски, чтобы не заснуть. Сквот наполнен разноголосым храпом и сдавленными стонами. Едва не пропускаю момент, когда под одеялами через два человека от меня начинается возня. Худощавая фигура поднимается на ноги… это Джон. Он галантно подает руку Зое, та тоже встает — и я беззвучно матерюсь сквозь зубы. Девушка не берет куртку, в которую вшит жучок! На ней теперь короткая юбка и обтягивающий топ — ну еще бы, на свиданку же собралась!

У меня есть запасные маячки, но как подбросить их теперь Зое, не вызвав подозрений? Лавируя среди спящих тел, парочка проскальзывает к дверям. Следую за ними. По пути прихватываю чью-то толстовку с капюшоном, накидываю, натягиваю капюшон на лицо. Дожились, ворую у бомжей, агент ноль-ноль-семь хренов…

Следую за парочкой, прячась среди развалин. Зоя в узкой юбке идет медленно, Джон явно нервничает и тянет ее за руку. Она спотыкается и чуть не падает.

— Долго еще идти? — капризно спрашивает девушка. — И кудайто мы так спешим?

— Ты увидишь, сама увидишь и все поймешь, — торопливо отвечает Джон. — Такое место, чиназес! Но надо быстрее, пока не рассвело.

— Чего мы там увидим в темноте-то? Слы-ышь, да хорош уже меня тянуть, щас руку вывернешь! Я замерзла, пойдем назад!

— Ну, не сердись, бэйби. Иди ко мне…

Джон обнимает девушку — и она обмякает в его руках. Нет, это не страсть — тут явно сработала химия иного рода. Патлатый закидывает руку Зои себе на плечо и почти тащит девчонку на себе. Она едва перебирает ногами, словно в одну секунду сделалась пьяной вдрызг, но больше не спорит.

И снова давлю естественное побуждение навалять подонку и забрать у него девушку. Нужно добраться до тех, кто стоит за этим. Чуть сокращаю дистанцию — похитителю сейчас не до тщательного наблюдения за окрестностями. Джон тащит полубезжизненное тело Зои через лабиринт недостроя, с кряхтением огибает горы строительного мусора, сдавленно матерится, спотыкаясь о бетонные блоки. Через щель в заборе покидает «Небо». Тенью следую за ним.

Углубляемся в темный полузаброшенный парк. Машина ждет на одной из аллей. Это не пафосная иномарка — обычная грузовая газелька, каких полно на улицах города и области. Вокруг машины стоят крепкие парни в камуфле, с черными ковидными масками на лицах… черт, их четверо. Хреново. Как минимум у одного в кармане просматриваются контуры пистолета, похоже, с глушителем. У остальных, наверно, тоже есть.

— Вот, привел, — пыхтит Джон. — Первый класс чикуля, шестнадцать лет, чистенькая. Я ей спокуху вколол, а так бодрая, здоровая. Сбежала от шибанутой мамаши, искать никто не будет.

Один из парней брезгливо цедит сквозь зубы:

— Да хорош орать уже, дебил…

Подхватывает безучастное тело Зои, деловито ощупывает, светит в лицо фонариком. Открывает девушке рот, проверяет зубы. Выносит вердикт:

— Годится. Свободен.

— А когда бабки-то придут? — Джон чуть не подпрыгивает на месте.