– Ты ни в чем не виновата, и она не уходила, Алия. Я избавился от нее. Если кто-то поднимет руку на мою дочь — на любого из моих детей — он не доживет до момента, чтобы рассказать об этом.

Я моргаю. Он только что признался, что убил ее?

– Но она была твоей женой, - задыхаюсь я.

– Она была сумасшедшей, вот кем она была. У нас был брак по расчету. Я никогда не любил ее, Алия. Но тебя я, черт возьми, полюбил сразу же, как ты родилась, больше, чем кого-либо в своей жизни, только не рассказывай об этом своим братьям, - говорит он, и я клянусь, что вижу зачатки ухмылки, прежде чем он берет ее под контроль.
– Она не могла с этим справиться. Я знал, что она ревновала тебя, но не знал, до какой степени. Я бы никогда не позволил этому случиться с тобой, если бы знал…

– Я всегда думала, что ты держишь обиду, потому что из-за меня она ушла, - впервые признаюсь я.

– Нет. Никогда. Я никогда не смогу обижаться на тебя. Ты моя дочь, Алия, - говорит он.

– Мне жаль.

– Он делает тебя счастливой? Я заметил, что ты изменилась. Это из-за него?

– Да, - говорю я.
– Что ты собираешься делать?

– Ничего. Я ничего не собираюсь делать. Если Кинг делает тебя счастливой, то и я буду счастлив. Но как только он станет причиной хоть одной твоей слезинки, я заставлю его истечь кровью, - угрожает отец.

– Правда? Ты не причинишь ему вреда?

– Нет, если он не даст мне повода, - говорит отец.

– А ты можешь сделать так, чтобы мальчики тоже оставили его в покое?
– Я знаю, что это перебор, но я должна попытаться.

– Этого я не могу обещать.
– Папа смеется.

– Отлично, - бормочу я себе под нос.

– Алия, ты заслуживаешь любви больше, чем любой человек, которого я когда-либо знал. Тот факт, что все эти годы ты считала иначе, разбивает мое чертово сердце.

– Когда я только начала встречаться с Лиамом, кошмары вернулись. Она вернулась. Думаю, старые раны просто открылись.

– Тебе нужно возобновить терапию? Я могу пригласить кого-нибудь на дом.

– Нет, мне просто нужно время, - говорю я, надеясь, что это правда.

– Ты ведь знаешь, что этот парень уже влюблен в тебя, не так ли?
– говорит мне отец.

– Нет, это не так.

– Так. Увидишь.

– Откуда ты знаешь?
– Мне интересно, действительно ли это так очевидно для всех, кто не является мной.

– Потому что он знает, что в моих руках его карьера, и он все равно признался, что встречается с тобой. Он был готов принять любые последствия, потому что хочет быть с тобой, несмотря ни на что.

Я смотрю на отца. Я понятия не имею, прав ли он. Я не могу представить, что Лиам может быть влюблен в меня.

Похоть? Конечно. Одержимость моей вагиной? Безусловно. Но любовь? Не знаю, как насчет этого.

– Ты солгала мне, чтобы уберечь его. Это значит, что он тебе тоже небезразличен, потому что ты никогда не лгала мне, пока не появился этот парень.
– Папа кивает головой в сторону двери, в направлении комнаты Лиама.

– Ты прав. Я не лгала. Потому что у меня никогда не было чего-то, о чем стоило бы лгать, я думаю.

Глава двадцать восьмая

Лиам

Я мечусь по комнате. Мне хочется пойти, постучать в дверь ее отца и потребовать, чтобы он вернул ее мне. Что абсурдно. Она, черт возьми, не собственность, но она моя. И мне плевать, кто пытается сказать мне обратное.

Я беру телефон и отправляю ей сообщение.

Я:

Пожалуйста, скажи мне, что с тобой все в порядке.

Я бросаю телефон на кровать, когда раздается стук в дверь. Открыв ее, я обнаруживаю, что по ту сторону стоит Алия. Я не спеша осматриваю ее сверху до низу.

– Иди сюда.
– Я хватаю ее за руку и затаскиваю в комнату, после чего закрываю за ней дверь. Я обнимаю ее за талию и прижимаю к своей груди. Она намного ниже меня. Ее голова лежит прямо под моим подбородком.
– Ты в порядке?
– спрашиваю я, крепко прижимая ее к себе.

– Я в порядке. Мы хорошо поговорили, - говорит она.

– Насколько вероятно, что я стану кормом для рыб?

– Не так вероятно, как я думала, - говорит она мне.
– Я не понимаю. Всю жизнь он предупреждал меня, чтобы я не ходила на свидания. Еще до твоего приезда я отпустила несколько бесцеремонных замечаний о том, что позволю всей команде делать со мной все, что они захотят, и он пригрозил залить каток их кровью.

– Подожди… Что ты сейчас сказала?
– Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее.