– Я собираюсь приставить несколько парней к твоей двери, Лия. Ни один мужчина не должен переступать порог этой квартиры.

– О, Боже, убей меня сейчас.
– Я достаю телефон из кармана и звоню отцу.

– Алия, все в порядке?
– отвечает он.

– Было бы лучше, если бы твой сын не находился в моей квартире, угрожая убить твоего любимого игрока, папочка.

– Почему Лиам Кинг в твоей квартире, Алия?
– спрашивает мой отец. Он не отрицает, что мужчина, о котором идет речь, на самом деле его любимый игрок. Любой другой предположил бы, что это Грейсон, но мой папа устроен иначе.

– Он здесь, потому что мы заскочили сюда по дороге, мне нужно было переодеться, прежде чем я отвезу его на каток, где он проведет тренировку для местной молодежной лиги, как не стать разочарованием.

– Хорошо, дай Винни трубку.

Я ухмыляюсь, протягивая телефон брату.

– Папа хочет с тобой поговорить.

Винни хмурится, выхватывая телефон у меня из рук.

– Папа?… Угу… Конечно…

Я не знаю, что говорит ему отец, но мой брат завершает звонок и возвращает мне телефон, а затем идет на кухню и начинает доставать еду.

– Что ты делаешь?
– спрашиваю я его.

– Папа сказал, что я должен остаться, пока он не уберется из твоей квартиры, а я голоден.
– Винни пожимает плечами.

– О, Боже, я меняю замки. Вы просто невероятны. Знаешь что? Я собираюсь поехать в Вегас, выйти замуж и забеременеть, просто чтобы насолить вам всем.
– Глаза Лиама расширяются, а губы начинают подрагивать.
– Не говори этого, - предупреждаю я его.

– Лия, если бы ты это сделала, я бы прирезал этого ублюдка, а потом помог тебе вырастить ребенка.
– Винни режет помидор. Он делает себе сэндвич… и устраивает беспорядок на моей кухне.

– Не забудь убрать за собой. Я иду в душ. Не убивай его.
– Я показываю на Лиама, обращаясь к Винни.

– Да, ты была права. Папа хочет, чтобы он остался в живых, - говорит Винни, а потом добавляет: - Пока.

Я иду по коридору в свою спальню и захлопываю дверь. Каспер поднимает голову со своего места на моей кровати, но потом снова опускает ее и игнорирует меня.

– Отличное приветствие, Каспер.
– Я слегка похлопываю его по спине, направляясь в ванную.

Глава четырнадцатая

Лиам

Не могу сказать, что преподавание хоккея когда-либо было в списке того, чем я хотел заниматься. Я бы не подписался на это дерьмо, если бы не Алия, заставившая меня взяться за это. Хотя должен сказать, что я предпочту застрять на катке с кучей шестилетних детей, которые едва могут держаться на коньках, чем остаться в квартире с ее психованным братом.

Когда Алия ушла в душ, он пошагово объяснил, как убьет меня и будет наслаждаться этим, если я хоть пальцем трону его сестру. Это было наглядно и очень в стиле крестного отца. Наверное, этого должно было хватить, чтобы я перестал думать о ней. Но этого не произошло. Потому что даже когда он объяснял, как будет медленно резать меня, кусочек за кусочком, демонстрируя свою угрозу на помидоре ножом для разделки, у меня в голове крутились мысли о его сестре в душе, голой, мокрой, скользкой. И как бы мы повеселились, если бы я оказался там с ней.

Черт, может, Алия права. Я на пути к саморазрушению. Даже зная, что со мной произойдет, если я прикоснусь к ней, я хочу это сделать. Я хочу прикоснуться к каждому гребаному дюйму ее тела.

Я смотрю туда, где она сидит у края катка. Она одета в джинсы и белый свитер. На руках у нее светло-розовые перчатки, а вокруг шеи намотан такой же шарф. Она полностью укутана с ног до головы, но при этом совершенно очаровательна.

Тренер молодежной лиги дает свисток.

– Собирайтесь, - зовет он, и дети медленно направляются к тому месту, где мы стоим. К счастью, моя роль здесь заключается исключительно в том, чтобы служить вдохновением. Тренируйте свои навыки, и вы сможете стать мной. Хотя не знаю, почему кто-то хочет, чтобы его дети были похожи на меня. Я в полном дерьме.
– Что вы скажете мистеру Кингу за то, что он провел с нами этот день?
– спрашивает тренер.

– Спасибо, мистер Кинг, - хором восклицают все.

– Не за что.
– Я киваю, не зная, что еще сказать. Я показал им несколько приемов, и они с трепетом наблюдали, как я качусь по льду, прежде чем забросить шайбу в сетку.

– Ладно, начинайте. И помните: практика, практика, практика, - напоминает им тренер.

Все дети бегут к выходу, кроме одной маленькой девочки, которая задерживается. Она подходит ко мне и вытягивает шею.

– Мистер Кинг, как вы думаете, девочки тоже могут попасть в НХЛ?
– спрашивает она меня.

Я моргаю, глядя на ребенка, и приседаю, чтобы быть с ней на одном уровне, и ей не приходилось так сильно вытягивать шею.

– Я думаю, что девочки могут делать все, что захотят, милая. И между нами, ты - лучший игрок в этой команде.
– Я подмигиваю ей, и большая, счастливая, беззубая улыбка растягивается на ее лице.

– Я знаю. Я пыталась им это сказать, но все мальчишки говорят, что я девочка и не должна играть в хоккей.

– Ну, мальчики тупые, - уверяю я ее. Это не ложь. Мы все действительно чертовски тупые большую часть времени, особенно когда речь идет о девушках.