От тяжести идущего человека зыбкая почва ходила ходуном под ногами, выплескивая фонтаном из-под ступни брызги мутной вонючей жижи и тонкие струйки газа.

Тут без достаточного опыта даже в защитном доспехе ходить опасно. Разом провалишься в болотную пучину и пропадешь, глазом не успеешь моргнуть…

Ведь даже сегодня уже не раз бывало. Наступишь, казалось бы, на твердую кочку и вроде чувствуешь себя в относительной безопасности, но стоит только хоть немного замереть на месте, как ноги сразу же начнет затягивать в жидкую трясину. И если не удастся поспешно и осторожно перебраться на другую твердую кочку, то всё, считай погиб…

Бежать по трясине — тоже беда…

Вот светится маленькая полынья на грязно-зеленой трясине, что-то вроде колодца. Вода вровень. Оступиться на бегу в эту полынью проще простого, а там бездонная пропасть. Ее берега из топкого слоя едва прикрывающего воду. Кто ступит на эту обманчивую почву, то всё, нет тому спасенья.

А еще вокруг эти… как их называл когда-то отец Марка — манилки. Такие маленькие цветущие полянки без деревьев и кустов. Они так и манят к себе усталого путника, приглашая отдохнуть, понежиться на душистой, ослепительно сверкающей изумрудной зелени!.. Но тот, кто решится ступить на эту заколдованную полянку, схоронит себя заживо, и никто не успеет прийти ему на помощь.

Следопыт, обернувшись, снова посмотрел на своих спутников. Зелье наконец подействовало, и все более-менее успокоились. Лишь только Ника всё время шмыгала носом и смотрела куда-то вдаль.

Небо над топью постепенно начало сереть, а это значило, что до наступления темноты осталось совсем чуть-чуть.

Марк посмотрел на уже довольно близкий островок с кустами и деревьями и немного прибавил шагу, за что почти сразу же поплатился.

Когда до спасительного островка оставалось не больше сотни метров, он уверенно поставил ногу на вроде бы проверенную кочку и неожиданно глубоко провалился одной, а затем и обеими ногами в трясину. Солрс, сидевший на носу носилок и внимательно следивший за действиями Марка, тут же пришел ему на помощь, протянув тупой конец копья, и сделал это, как нельзя вовремя.

Схватившись за древко, Марк сразу же провалился почти по пояс. Солрс потянул его на себя и этим самым притянул к следопыту носилки. Марк ухватился за них и, подтянувшись, выбрался из грязного провала.

Нащупав ногами твердую почву, он основательно оперся на носилки и с сожалением посмотрел на уже совсем недалекий островок. До него уже рукой подать, а он измазался в тине, как болотный гурл*. Но не бывает худа без добра. От пережитого стресса с его глаз как будто разом слетела пелена, и туман, всё еще дурманивший его мозги, окончательно испарился. Встряхнув головой, он совсем по-другому взглянул на топь между ним и островком.

Пространство, разделявшее носилки и островок, казалось совсем непроходимым — подвижная хлюпающая трясина с частыми окнами черной воды, над которой стелился легкий туман. Без надежной опоры сгинуть проще простого.

Делать нечего!

Хорошо, что под рукой есть гравитационные носилки, и, держась за них, можно преодолеть эту зыбучую трясину. Следопыт вытравил из воды облепленную тиной и мхом веревку, которой был привязан к носилкам, и, укоротив ее в три раза, оставил совсем короткий отрезок, примерно на расстояние вытянутой руки.

Крепко опираясь на носилки, он кое-как смог преодолеть расстояние до островка и рухнул обессиленный на твердую почву.

Пока он приходил в себя рассматривая измазанные болотной грязью плащ, штаны и ботинки, его спутники разбили лагерь, установив на небольшом пятачке самую большую палатку, которая когда-то принадлежала капитану Мирсу.

Проклиная болото и липкую тину, от которой Марк безуспешно пытался избавить свою одежду, он уселся на более-менее сухой участок земли и плюнув на все, устало закрыл глаза. С таким «багажом» грязи он, конечно, в палатку ко всем остальным не полезет, значит, придется ночевать прямо здесь, возле вонючей и булькающей воды.

К его плечу слегка прикоснулись. Он открыл глаза и увидел рядом с собой улыбающуюся Нику. Та присела перед ним на корточки и протянула ему какой-то светящийся голубым светом прибор в виде стержня размером с ладонь.

— Возьми, Марк, и почисти свою одежду. Знаешь, как этим пользоваться?

Следопыт порылся в памяти, но так и не вспомнил такого устройства. Программу по бытовым приборам он начал изучать совсем недавно и такой прибор точно видел впервые.

— Вот смотри, — начала показывать Ника, — это не сложно. Если твоя одежда слегка пыльная, то ставишь курсор на этот значок, если грязь посерьезней, то на этот, а если совсем уж весь измазался, как ты сейчас, то вот на этот…

По мере того, как девушка переключала курсор в нижней части стержня, он начинал светиться всё ярче и ярче.

— Оставь его себе, — снова улыбнулась она. — У нас с Корой еще есть.

Ника встала с корточек и направилась в сторону палатки.

Теперь ясно, почему обе девушки ходят всегда в идеально чистой одежде, да и другие Древние тоже.

Марк поставил курсор на максимум и провел светящейся палочкой вдоль штанины и ботинка. Толстые пласты грязи как будто растворились в воздухе, оставив идеально чистую поверхность.